Почему нам так важно, чтобы нас понимали: что формируется у ребёнка от 3 до 6 месяцев

Полная расшифровка

Текст — литературная редактура автоматической расшифровки: пунктуация и абзацы восстановлены, содержание и формулировки автора сохранены.

Система эго и поиск поддержки0:00

Система эго ребёнка — это, как мы говорили, наша система контакта и адаптации к реальности, наша система безопасности. Она начинает формироваться с аффективных блоков, когда формируется ИД и наш переход от «хочу — не хочу», «нравится — не нравится», «хорошо — плохо» — всех этих наших желаний. И, конечно, большой вклад в эту систему вносит возможность искать спокойную поддержку, искать спокойствие в момент, когда мне вообще не спокойно.

То есть переход от того, что мне плохо, к тому, что мне станет хорошо, потому что у меня есть аффективный блок, и я верю, что станет хорошо. Если я не верю, то начинаю искать что-нибудь — дайте мне что-нибудь, чтобы я мог успокоиться. И в это место может внедриться всё, что угодно: сигареты, алкоголь, беспорядочные связи, слияние с любым объектом, который я только увижу — могу к нему присоседиться, примагнититься и быть с ним рядом. Это и шопинг, и всё, что может заткнуть эту внутреннюю дыру внутри человека. Конечно, это не является конструктивным, и с этим мы дальше будем работать, разговаривая о том, как из этого подниматься, как из этого выходить.

Внутренняя дыра, о которой я говорю, появляется и внутри человека с правильными аффективными блоками, который верит, что возможно лучшее. Но такой человек, оказавшись рядом со спокойным человеком — а он привык сливаться именно со спокойным, он ищет этого спокойствия, — может начать эту свою дыру исследовать, искать и размышлять о том, что же мне на самом деле нужно. То есть не дайте мне срочно поесть очередную шоколадку, булочку, или бежать на маркетплейс, или искать любовника, или дайте мне алкоголь. Нет — рядом со спокойным человеком я могу просто сесть, посидеть и поразмышлять о том, что на самом деле происходит, откуда возникло это чувство, эта дыра, и что на самом деле может быть тем единственным, что её заполнит, что её закроет.

Пример: выгорание и ложные решения2:38

Здесь хочется, знаете, попробовать самой развернуть этот пример — не думала об этом раньше. Когда вы очень много работаете и у вас случается выгорание, кажется, что из него можно выйти, если уехать путешествовать, получить новые впечатления, новые знакомства, ходить на вечеринки — наконец-то встряхнуть себя. Вот это ощущение безразличия, безысходности, которое настигло меня выгоранием на моём рабочем месте.

Но на самом деле всем известно, что выгорание не лечится активностью, не лечится сменой деятельности. Оно не восстанавливается тем, что вы пойдёте во все тяжкие и получите много впечатлений — безысходность от этого не уйдёт. Оно лечится совершенно в другом месте. Если мы говорим про выгорание, то это всегда про то, что условия, в которых я работаю, для меня либо невыносимы, либо бессмысленны, что тоже невыносимо.

Точка приложения усилий должна находиться внутри реорганизации процесса моей работы, а не снаружи — не там, где я создаю себе фантом какой-то другой прекрасной жизни. Как будто если я буду три раза в год отдыхать на полную катушку, я всё-таки смогу здесь работать. Но осознать, куда мне нужно приложить усилия, я могу, только оказавшись сначала в спокойной обстановке, где меня подержат и покачают, и мне не нужно будет принимать решение прямо сейчас.

К кому мы обращаемся за поддержкой4:12

В жизни взрослого человека мы идём примерно к этому: я сначала успокоюсь, а потом посмотрю. Первые 3 месяца учат ребёнка тому, чтобы брать поддержку — просто брать её: она сама приходит, и ребёнок соглашается, хорошо, покормите меня. Не то чтобы он может сопротивляться, иногда может, но это уже особенность нервной системы. В целом он берёт любую поддержку, которая приходит, потому что без неё не может. А задача взрослого человека — обеспечивать себе поддержку осознанно, в той мере и от того типа людей, которые действительно могут эту поддержку оказать.

В этом месте я хочу вас попросить подумать о том, к какому типу людей вы обращаетесь, когда вам плохо. Мы уже перебирали список ваших каналов, на которые вы подписаны, новостных. Посмотрите список ваших контактов: какой подружке вы позвоните первой, если в вашей личной жизни случилась сложность, трагедия — вам изменил муж, вас бросил парень, вы хотите бросить парня? Кому вы звоните сначала?

Вот эта ваша первая интенция — кому вы напишете, и какую поддержку окажет вам этот человек? Начнёт ли он с агрессии — что сейчас мы пойдём разберёмся, перекостерим его, перемоем ему все кости? Или, допустим, если вы разводитесь с мужем и решаете жилищные, финансовые сложности, начнёт ли подруга с паники, начнёт ли перечислять, что вам нужно срочно сделать? Или это будет человек, который скажет: «Просто приезжай, переночуй у меня сегодня. Я пока не знаю, чем тебе помочь, мне очень жаль. Пойдём выпьем чаю, кофе, просто встретимся, походим в парке».

То есть это либо люди, которые поднимают волну очень бурной деятельности, по сути тревоги, необходимости срочно здесь решить, сделать-сделать-сделать, заткнуть эту дыру, прекратить происходящее как можно быстрее, потому что оставаться в этом непереносимо. Либо ваша первая реакция — позвонить человеку, который попьёт с вами чай, не будет знать, что делать, но просто побудет рядом. Конечно, второй вариант предпочтительнее: решение нужно принимать из спокойного состояния, что бы в вашей жизни ни происходило. Обратите на это внимание, и мы будем двигаться дальше.

Цикл удовлетворения потребности7:48

Итак, ребёнок научился принимать помощь, уже немножко поверил в то, что мир скорее хороший, чем плохой, его потребности удовлетворялись. Как вы помните, цикл удовлетворения потребности выглядит так: потребность начинает нарастать, в какой-то момент приходит мама, закрывает эту потребность, покормила, дальше состояние комфорта — пока снова не начинает нарастать потребность, снова приходит мама, и так далее. Когда эти циклы повторяются десятки тысяч раз, происходит волшебная вещь.

Ребёнок запоминает, что мама приходит, и всё становится хорошо. И тогда я начинаю беспокоиться не пиково сразу, а могу уже начинать проявлять признаки того, что не сплю, начинаю как-то вокализировать, издавать звуки, вытягивать губы, потому что, может быть, я хочу поесть. Но при этом я не перехожу сразу на крик — на крик перехожу только уже в пиковой фазе, когда совсем невмоготу. То есть фаза дискомфорта растягивается во времени.

Ребёнок может переживать более длительный дискомфорт, не уходя в непереносимость, не уходя в истерику и перенапряжение нервной системы. Нервная система уже не расслаблена, она активизирована, но не настолько, чтобы не мочь заметить, что что-то происходит. От 3 до 6 месяцев происходит совершенно волшебный процесс: ребёнок, который уже не сытый, но ещё не голодный, начинает иметь окошко, когда он может выходить с матерью в контакт.

Фаза контакта и опыт быть понятым9:52

Когда мать замечает, что он уже проснулся — а от нуля до трёх месяцев, как мы говорили, ребёнок либо спит, либо ест, либо орёт, никакого другого состояния нет, — с 3 месяцев появляется что-то ещё. Появляется время, когда он уже не спит, реагирует на мать, начинает улыбаться, гулить, причмокивать губами. Это абсолютно точно показывает: я тебя вижу, я знаю, что ты здесь, я тебя уже чувствую, я с тобой взаимодействую, я начинаю намекать тебе, что хочу есть.

В этот момент приходит мама и сообщает ребёнку, что, кажется, у него появилась какая-то потребность: подходит и говорит — о, ты уже проснулся, давай посмотрим, что ты хочешь, может быть, поесть, а может, тебя надо переодеть. И в какой-то момент мама понимает, что нужно ребёнку. Всё это происходило в фазе контакта: ребёнок наблюдает за матерью, за тем, что она обращена к нему, исследует его состояние, а потом говорит — а, это ты мокрый. И после того, как она опознала, что происходит, она что-то делает, и ребёнку становится хорошо.

Это волшебный момент, когда ребёнок ощущает себя понятым. То есть не просто мир среагировал и что-то стало хорошо, не просто изнутри меня это произошло, не просто я сделал что-то, чтобы стало хорошо. Я замечаю, что кто-то опознал, что со мной что-то происходит: оказывается, этот дискомфорт — вот это. И мне стало хорошо после действия. Этот контакт становится мостиком между мной и мамой, потому что это классное ощущение.

Вспомните, пожалуйста, как взрослые, своё ощущение, когда ты с кем-то разговариваешь и тебя понимают. Когда отклик, который даёт тебе человек на твоё состояние, полностью тебя удовлетворяет, попадает куда-то в самое сердце. Именно с 3 до 6 месяцев ребёнок получает опыт: мама со мной контактировала, потом мне что-то дала, и мне от этого хорошо, мне понравилось, я получил удовольствие. Это строит такой же аффективный блок, в котором ребёнок получает ощущение «меня понимают».

«Меня понимают»: формирование блока13:03

Это ощущение очень важно. Возраст от трёх до шести характеризуется вот этой схемой: мать приходит, устанавливает контакт. Сначала этот контакт более короткий, а к 6 месяцам он становится уже хорошо протяжённым. И каждый раз, опознавая потребность ребёнка и предоставляя её, она достраивает аффективный блок ребёнка, который звучит: «Меня понимают». Или: есть люди, которые думают так же, как и я. Мир откликается, потому что мир мне соответствует — то, как я думаю, то, как я чувствую, это правильно. Это первое, что очень важно, от 3 до 6 месяцев.

И второй момент: ребёнок в этом месте начинает различать свои потребности. Когда я чувствую вот так — это я голодный, когда у меня бурчит животик. А когда у меня мокрая попа и мне неприятно — это я мокрый. Научившись различать свои потребности, ребёнок начинает по-разному запрашивать помощь. То есть контакт развивается в две стороны: с одной стороны, по отношению к миру — мир меня понимает, есть те, кто меня понимают, контакт обычно заканчивается пониманием. И второе — ребёнок неосознанно начинает помогать матери.

Он просто начинает по-разному предоставлять свои возможности, и мать начинает чаще попадать правильно, потому что один плач означает голодный, а другой — мокрый. Попадая всё чаще в правильное понимание, мать укрепляет у ребёнка это переживание: «Меня понимают, я понят. Есть кто-то рядом, кто думает так же, как и я». Это и есть то волшебство, то критически важное место, которое происходит от 3 до 6 месяцев. Схема такая: когда я о чём-то сообщаю своим криком, ручками, ножками, гулением, меня понимают — мама говорит: «Это мокрый», меня понимают, а потом это подкрепляется действием.

Формирование функции слышать и слушать15:37

Так я выстраиваю с этим человеком связь, начинаю его слышать. В этом месте формируется эго-функция слышать, находиться в контакте, слышать то, что мне говорят, слышать человека напротив меня. Слышать человека напротив — это не врождённая функция. Она формируется благодаря взаимодействию с матерью, которая в момент контакта сообщает мне о моей потребности, удовлетворяет её, и я получаю удовольствие.

Через это «меня понимают» я могу слышать этого человека, потому что он же думает так же, как и я, она же угадала — она волшебница, угадала. Это значит, что то, что она будет говорить, имеет смысл. Вообще, со всеми людьми, не только с детьми, единственная возможность составить какой-то диалог — это говорить с ними в фазе контакта. А что значит фаза контакта? Это значит, что дискомфорт, который происходит, мне переносим, я с ним справляюсь, потому что верю, что скоро дадут. Я живу на правильном аффективном блоке. Если я верю, что скоро дадут, справляюсь с дискомфортом — я могу слышать того, кто находится напротив.

Но для того, чтобы я стал не только слышать, но и слушать, мне очень важно, чтобы этот человек много раз обеспечил вот эту схему. Взрослому человеку, чтобы кого-то слушать, очень важно, чтобы этот человек вошёл со мной в контакт, узнал о моей потребности и затем подтвердил действием, попал в эту потребность — дал мне что-то, что заставит меня поверить, что он меня понимает. И тогда я стану готов к нему прислушиваться, слышать его. До этого — какой-то человек что-то пришёл, сказал, и в одно ухо влетело, в другое вылетело.

А если бы я сейчас рассказывала вам, мы бы с вами занимались не разбором всех этих схем, того, как это начинается, того, что есть точно у любого человека и каждому откликается, потому что каждый был ребёнком, и каждого родители накосячили. А я бы начала, допустим, с разбора ваших индивидуальных кейсов — просто бы каждый из вас рассказывал, что у вас произошло, что с вашими детьми, а я бы вам давала…

Понимание рождается через контакт, а не советы18:13

Рекомендации, что делать, вы бы, конечно, послушали. Ну, в смысле, у вас бы это в одно ухо влетело, но, поверьте, во второе бы вылетело, потому что это не имело бы никакого отношения к тому, что я вас понимаю. То есть я просто дала бы вам какую-то информацию. Понимаю ли я вас — да бог меня знает, кто вообще знает, откуда я эту концепцию взяла. Но мы с вами начинаем с другого — с того, что у вас был какой-то дискомфорт.

И когда он становится для вас переносим, вы приходите ко мне на группу, и мы с вами, пока вы находитесь в фазе контакта — именно поэтому наши лекции занимают не 3 часа, а всего полтора, как правило, потому что эти полтора вы можете находиться со мной в фазе контакта. Я что-то вам рассказываю, потом даю какое-то упражнение, и вы идёте, пробуете его в своей жизни. И если оно получается, ваша психическая система в обход всех ваших конструкций делает вывод: она меня понимает, она говорит о чём-то, что есть в моей жизни, она понимает, о чём говорит.

И тогда в какой-то момент вы становитесь способны меня слышать и слушать. И у нас с вами будет возможность перейти к такому формату общения, когда мне не нужно перед тем, как дать вам какую-то интервенцию, объяснять, зачем я это даю. Потому что на самом деле все хотят жить хорошо, а чтобы жить хорошо, нужно делать абсурдно простые вещи. Чтобы жить наполненной жизнью со здоровой ментальной системой, нужно делать абсурдно простые вещи. Ну кто же мне поверит, что нужно дышать и нырять в тазик с ледяной водой, если я не расскажу всего этого сейчас?

Но мы с вами как группа, которая проживёт вместе год, пройдёт весь цикл смены репрезентации, обязательно дойдём до того, что какие-то упражнения я смогу вам уже не объяснять. Во-первых, потому что вы сможете сами соотнести их с какой-то теорией. Во-вторых, потому что даже если теории в этом месте вам не будет хватать, у вас будет подкрепление: она меня понимает, она понимает, о чём говорит, и тогда, возможно, мне стоит всё-таки её слушать и слышать.

Отзеркаливание и установки, вложенные матерью20:48

Вернёмся к детям. Относительно детей, когда мать делает вот это — исследователи назовут это отзеркаливанием — то есть мать своим примером учит ребёнка распознавать его реакции, то, что с ним происходит. Отзеркаливая его много тысяч раз правильно, мать формирует в психике ребёнка ощущение: меня понимают, есть люди, которые думают так же, как и я, которые могут мне помогать так, как именно мне нужно. И всё это происходит в контакте с материнскими руками — она моя родная, я могу её слышать и слушать, это так классно.

А потом, знаете, в какой-то момент мама бросает какую-то фразу, будучи раздражённой, в злости, просто проходя мимо: не будешь учиться — будешь продавщицей в Пятёрочке всю жизнь. И ни один психотерапевт не имеет возможности просто какой-то техникой взять и выпилить эту фразу из вас, потому что мать подтверждала свою надёжность. Она думала так же, как и я, я её слушал, потому что доверял ей, и она сформировала во мне этот блок доверия к себе. У матери была фора перед психотерапевтом.

Она удовлетворяла такие простые потребности, что для того, чтобы психотерапевт мог вынуть из вас эту установку — что если не будешь учиться до седьмого пота, станешь продавщицей в Пятёрочке — ему сначала нужно пройти ту же схему. Ему тоже нужно сформировать с вами доверие. Проблема в том, что ваши взрослые потребности гораздо менее предсказуемые, не однокомпонентные, они очень сложные, многосоставные.

Но для того, чтобы когда-то пробиться к изначальному блоку, к изначальной установке, которую случайно закинула мама — например, что все мужики козлы — вынуть её из вас невозможно, потому что психотерапевту нужно сначала пройти всё то же самое, а это нарабатывается десятками повторений во взрослой жизни: добиться повторения «я попала в потребность, я помогла её реализовать, и вы стали меня понимать». Это прямо сложно, это долго. Это ещё один кирпичик в сторону того, что быстрая психотерапия, основанная на современных технологиях, конечно, даёт какой-то результат, но стеночка остаётся — в одном месте результат убрали, а стеночка осталась. Стеночка убирается только долгим, продолжительным контактом, в котором складывается доверие к зеркалу: мать отзеркаливала, попадала, я ей стал доверять — доверяю ей как отражающему меня, доверяю ей во всём.

Почему важно не удовлетворять потребность сразу23:51

Такая вот загвоздка нас ждёт. Где может произойти сбой? Вот в этой схеме контакта. Сбой происходит, если, помните, все потребности нужно удовлетворять вовремя, а ключевое — раньше «вовремя» было «сразу»: заорал — надо сразу дать. Мы учили матерей, что от нуля до трёх месяцев надо давать сразу, как только появился дискомфорт — сразу, дискомфорт непереносим.

Но к трём месяцам материнскими усилиями, бессонными ночами ситуация изменилась. И теперь, когда ребёнок начинает выдавать признаки дискомфорта, парадоксально главное — другое: главное сразу не дать, потому что с трёх до шести формируется вот эта фаза контакта. И если здесь напряжение начинает нарастать, а мы сразу хотим удовлетворить потребность — хотим быть идеальной матерью, не просто достаточно хорошей матерью, которую Винникотт нам заповедовал, — и даём сразу, как только он пикнул, это уже преждевременно, ситуация уже изменилась.

И тогда фаза комфорта не случится. Преждевременное удовлетворение потребности уничтожает комфорт. А во взрослой жизни это тоже происходит: муж только пришёл, вы ему уже наметали, он ещё не сказал, хочет он есть или нет, а вы уже наметали, потому что привыкли — он приходит, надо сразу покормить. А потом: что-то моя жена какая-то предсказуемая, скучная какая-то — напряжение не наросло, удовлетворение не происходит.

Фаза контакта у младенца и у взрослого25:54

В момент, когда у нас уже присутствует фаза контакта — то есть в младенчестве мы три месяца преодолели, — во взрослом возрасте мы видим, что человек ещё не в истерике, глюкоза у него не упала до того, что руки трясутся и губы посинели, и не надо срочно кормить. У нас присутствует фаза контакта. А в фазу контакта мы что делаем? Мы приходим и рассказываем, что происходит. Младенцу мы приходим и рассказываем: «О, кажется, ты голодный, сейчас мы будем кушать, сейчас тебя поднимем, переоденем, пойдём на кухню или в кресло, сядем, будем кушать». Мы рассказываем, предвосхищаем эту потребность.

И когда мы про это рассказываем, маленький ребёнок — мать же подошла не как фантом, она подходит как живой человек, от неё идёт тепло, от неё пахнет молоком, слышен её голос, и он определённо слышен на определённом приближении. То есть она приближается, и ребёнок уже знает, что кормить будут, что это состоится. И вот здесь его нервная система уже подрасслабляется, и так эта фаза контакта растёт. Соответственно, мы должны наращивать фазу контакта при помощи постоянной поддержки нервной системы младенца тем, что вот сейчас всё есть — как бы намёк, что еда уже есть.

Во взрослой жизни то же самое. Если мы хотим общаться с человеком, мы должны попасть в фазу контакта и не закрыть потребность преждевременно, мы должны успеть поговорить здесь. Конечно, ситуации бывают разные — если муж пришёл с работы, сначала покорми его, а потом уже разговаривай, это тоже про эту схему. Но это когда мы подозреваем, что муж пришёл уже раздраконенный. А если обычно муж знает, что когда он приходит, еда уже есть, она уже греется — это сформированный контакт доверия к зеркалу.

Настройка зоны контакта во взрослых отношениях28:02

Вы с ним формируете годами: ужин у нас в семь, если ты приходишь в шесть, ужин, как правило, уже почти готов, и скоро мы сядем. И тогда у мужа тоже появляется фаза контакта. Муж — это очень хрестоматийный пример, это может быть любой человек, с которым у вас построены отношения и который привыкает к тому, что вы в целом всегда даёте ему то, что ему нужно, и поэтому есть возможность здесь поговорить.

Главное не забыть — да? Ведические тексты нам что заповедуют: женщина, готовь для мужчины, встречай его и так далее — то есть настраивай эту зону контакта, формируй привычку того, что в целом он получает то, что хочет всегда. Но там не написано, что не надо, когда фаза контакта сформирована, поговорить с ним — надо в неё тоже что-то внести.

Для чего мы это настраиваем? Для того, чтобы она всегда просто работала — у ребёнка должна работать, у мужчины должна работать. Когда я настроила это всё, я дальше говорю о своих потребностях. Условно, когда я с начальником настроила фазу контакта, он знает, что я делаю свою работу, начинает мне больше доверять и с меньшей критикой смотреть на то, какую работу я делаю. Но когда я нарастила эту фазу, я должна прийти и сказать: «Зарплату повысьте мне, я хорошо делаю свою работу».

А то у нас есть проблема: одни говорят о своих потребностях, когда их уже не слышат, в пиковую фазу. Вторые настраивают, настраивают, настраивают фазу, а потом забывают поговорить. Вот, чтобы ни того, ни другого не было, мы с вами очень подробно сейчас сидим в этом возрасте и рассматриваем эту схему, которая сама по себе объясняется за 30 секунд.

Борьба за состояние понятости30:07

Мы здесь боремся с вами за вот это самое состояние понятости — за состояние, что есть кто-то, кто понимает меня, кто сможет разделить моё одиночество, по сути, мою картину мира. Потому что одно из самых страшных переживаний детства, и одно из самых тяжёлых переживаний, которое сегодня присутствует в жизни у взрослых людей — это переживание одиночества.

Загвоздка в том, что одиночество бывает двух видов. Первое — это когда я скучаю по какому-то объекту, по кому-то определённому. Не знаю, я рассталась с любовью всей моей жизни, и мне не хватает этого человека. Это абсолютно направленное чувство: я знаю, кого мне не хватает, я знаю, почему мне это не хватает, и я могу начать закрывать какие-то потребности, которые у меня в связи с этим возникают.

Потому что фигура, по которой я скучаю, из-за которой я чувствую вот это — это не всеобъемлющее одиночество, это конкретное место в моей психике, в моей жизни, где был другой человек, а теперь его нет. И с этим довольно понятно, что можно сделать. Гораздо хуже другой вид одиночества — оно называется безобъектное одиночество. Когда моё одиночество не привязано к какому-то исчезнувшему из моей жизни объекту, когда оно привязано к переживанию, что меня никто не понимает, нет человека, который бы понял, что мне нужно, и снял бы напряжение.

Безобъектное одиночество и его последствия31:42

Как вы, наверное, можете уже дорисовать себе в картинке, безобъектное одиночество случается тогда, когда мне очень нужно успокоиться в детстве, но никто не объясняет мне, что происходит, никто не успокаивает меня. По сути, мне то дают бутылочку, то меня перепеленали, то закрыли, но никто не разделяет это моё состояние. То есть никто не берёт меня в руки, не качает и не напевает мне песенку перед тем, как меня покормить.

А вообще-то даже младенец, чья мама болеет, и он, может быть, в доме малютки, может быть, в больнице, может быть, он сам болеет — он всё равно к трём месяцам сформировал какие-то аффективные блоки, дыхание точно работало. И всё-таки он надеется, что дискомфорт закончится комфортом, и к трём месяцам его всё-таки кормили, раз он выжил. Это значит, что у него тоже возникает фаза контакта.

Но если в эту фазу контакта никто не заходит, кроме бутылочки — бутылочка приходит без рук, её просто дают и держат, никто не прикасается к младенцу в этот момент, — то возникает вот эта дыра безобъектного одиночества. Возникает та дыра, в которую потом, как Фрейд говорил, зайдут все способы орального удовлетворения. Потому что если единственная зона, к которой что-то прикасалось, которую удовлетворяли, где что-то я понимал, была оральная зона, была кормлением, — я буду курить, я буду без конца болтать и любыми другими способами снимать напряжение через рот, через пищеварительный тракт, по сути, потому что ротовая полость — это неотъемлемая часть пищеварительного тракта, вся пищеварительная трубка — это одна история.

Я буду снимать напряжение через это, но внутри своей психики я буду чувствовать неразделённое одиночество: меня никто не понимает, нет рядом никого, кто мог бы дать мне то, что мне нужно. И здесь мы вернёмся к началу нашего разговора — когда мы, как взрослые, спускаемся до своих базовых установок в ситуации стресса.

Если в детстве нас понимали, и был тот, кто понимал меня через успокаивание, с кем рядом, будучи понятым, я испытывала комфорт, то и в своей взрослой жизни я буду искать такого человека, который может понять, что со мной происходит, сообщить мне об этом и подтвердить действием, то есть привести меня к состоянию комфорта, который я могу испытывать сейчас. Но если в детстве у меня была сбита связка «успокоение — контакт с другим, живым, тёплым человеком», сбита установка, что успокоение — это находиться под влиянием спокойного человека, спокойного окружения…

Поиск тревожного понимания вместо покоя35:01

Безопасного пространства — то с большей вероятностью, смотрите, я всё равно буду пытаться найти того, кто меня понимает, кто сообщает, что со мной происходит. Но только это будет кто-то, кто тревожно сообщает, что со мной происходит. Я буду сливаться вместо того, чтобы слиться с человеком — а сейчас мы говорим о взрослых — с человеком, который позволит мне успокоиться и самому решить свою проблему, то есть, по сути, найти ответ внутри себя, кто разделит моё одиночество, но не диктуя мне, что мне нужно делать, не сообщая мне, как мне закрыть мои потребности, а позволяя мне самому пересобраться и понять, что нужно сделать.

Вот вместо поиска такого человека я буду искать быстрых ответов, волшебных таблеток, людей, которые скажут мне, что делать, как делать, много действий, чтобы оказаться не там, где я нахожусь. Это всегда тревожный фон. Это всегда попытка слиться с теми, кто по сути сидит в этой же самой ситуации, у кого такие же проблемы, как и у меня, потому что тогда он меня понимает. Да, он тебя понимает, но он тебя не успокоит — у него такие же проблемы.

Когда безобъектное одиночество непереносимо, когда у меня не было в детстве опыта, что одиночество может быть разделено, и я могу быть понятым и успокоенным на фоне этого понимания, то во взрослом возрасте вместо того, чтобы сливаться со спокойным объектом, со спокойными людьми, со спокойной обстановкой, я буду сливаться с теми людьми, для которых моя проблема — это мировоззрение, это стиль жизни. Не потому, что я этого хочу, не потому, что я хочу тревожиться, не потому, что я хочу погружаться в эту проблему, а потому, что разделить безобъектное одиночество, найти кого-то, кто меня понимает, — это критически важная зона, которую надо закрыть.

Коллективная природа и ранняя связка успокоения37:04

Мы все очень коллективные. Нам надо быть рядом с себе подобными. Люди не выживали рядом с теми, кто не похож на них. Это эволюционно детерминированная потребность, просто это необходимо. Но если в детстве норма была нарушена... вообще это можно соблюдать в норме, потому что мы все друг другу подобные, мы все можем понять друг друга, помочь друг другу просто потому, что мы люди.

Но то, кого мы будем выбирать, людей какого типа мы будем выбирать для решения своих проблем, напрямую зависит от этого очень раннего возраста, когда была крайне важна наблюдающая, контактирующая мать, когда была крайне важна вот эта связка: успокоение равно контакт, равно тёплые руки, равно укачивание, выражение «держи себя в руках». Оно абсолютно гениально, оно абсолютно описывает этот период.

Вопрос в том, что бывают моменты, когда моей ёмкости не хватает, чтобы держать себя в руках. Случилось событие в моей жизни, которое больше, чем мои собственные руки. Хотя, философски, может, которое мне только кажется больше, чем мои собственные руки, потому что на самом деле мы маленькие, и события, которые случаются конкретно с нами, не могут быть больше нас. Но в современном мире — и это то, к чему я хотела вернуться, — нас часто охватывают события, которые к нам не имеют отношения. И тогда, конечно, моих собственных рук может оказаться недостаточно, чтобы держать себя.

Дополнительные руки для пересборки себя39:08

Мне очень важно найти другие руки, которые вместе с моими создадут достаточно ёмкости, чтобы всё вот это, что я сейчас нахватала из информационного пространства, из новостей с другого конца света, которые ко мне вообще не относятся, мы вместе могли это подержать, покачать, пока я не вернусь в себя, пока это слияние — «я это весь мир» — не упакуется обратно. Нет-нет, подождите, я совершенно отдельный человек. У меня есть конкретная точка на карте, где я нахожусь, у меня есть конкретная сфера, на что я могу повлиять, а на что не могу.

Вот для того, чтобы я пересобралась, мне абсолютно точно нужны дополнительные руки, которые будут меня держать, успокаивать, понимать, просто потому что это другой человек. Но если эта связка — успокоение и тёплые руки матери — была нарушена, то единственное понимание, которое я смогу искать, на что настроены мои радары, — это такое функциональное понимание. По сути, понимание «мы говорим на одном языке, и поэтому это те люди, к которым я обращаюсь», «мы в какой-то одной ситуации, поэтому это те люди, к которым я обращаюсь», абсолютно не различая, могут ли эти люди создать для меня комфорт, спокойствие, вообще увидеть меня. Потому что такие люди, как правило, не видят другого, они не настроены на то, что... ну это снова уход в аутистическую фазу.

Симбиотическая фаза и иллюзия контакта в сети40:43

Мы только в симбиотическую с вами перелезли — от трёх до шести месяцев симбиотическая фаза, когда мама является моим продолжением, когда я не могу без неё существовать. И я осознаю это теперь не мозгами, а своими рецепторами, и только начинаю наращивать эту связь, но я уже начинаю вылупляться, начинаю видеть, что рядом есть другой человек, и я без него не могу. Так вот, если я в раннем детстве этого не видел, я как бы вроде могу без другого человека — у меня бутылочка, какое-то жизнеобеспечение происходит, а другой человек к этому никак не относится, никакого контакта от другого человека я не получаю.

В этом смысле сегодня мы находимся в довольно критической ситуации, и это одна из причин, почему я читаю этот курс. У нас появились социальные сети, у нас появилась иллюзия контакта. Но если этот контакт так хорош — тысяча подписчиков, пятьдесят открытых чатов, в которые я в любой момент могу написать, все мои контакты, одноклассники, одногруппники и другие люди, с которыми я общалась, все на связи, все в сети — откуда одиночество? Почему одиночество — это самый частый запрос сейчас?

Почему состояние «меня никто не понимает, я хочу найти родную душу» — самый частый запрос, если у нас есть социальные сети, если мы постоянно на связи? Потому что контакт — это не буквы, это не сообщение, это взгляд глаза в глаза. Потому что контакт — это не слова, это регуляция нервной системы. Она происходит только тогда, когда другой человек напротив вас.

Контакт как регуляция, а не переписка42:47

То есть даже онлайн с видео, когда я смотрю каждому из вас в глаза, регуляция происходит, потому что вы видите мои движения, моё состояние захватывает вас — когда я увлекаюсь, когда я ухожу в рассказ, когда описываю метафоры, потому что мы регулируемся. Вы смотрите на реакции моего тела, которые не замечаете умом, но замечает ваша нервная система.

Моё видение полной картины о том, как формируется психическая система, где мы можем повлиять, — моё понимание, что мы на всё можем повлиять, очень вас успокаивает. Но это происходит в контакте между нами, это не происходит в переписке между нами, это не происходит даже когда я снимаю сторис, в которых рассказываю то же самое. Это происходит на уровне ума, но на уровне регуляции, которая необходима для того, чтобы успокоиться, этого не происходит.

Но так как на уровне ума что-то всё равно приходит в движение, у вас создаётся впечатление, когда вы смотрите социальные сети, что «о, есть кто-то, кто думает, как я, меня кто-то понимает» — это такой фантом, который да, вас понимает, но помните, у нас была очень важная часть: «меня нужно понять». И это работает благодаря социальности. Мы много видим людей, которые думают, как мы, которых раньше бы мы не встретили, и это очень классно. Меня понимают, но потом должно произойти действие.

Действие как подтверждение понимания44:23

Потом человек, который меня понимает, должен подтвердить действием, что это действительно так. И тогда у меня появляется то самое переживание: это родная душа, я не одна, моё одиночество кто-то разделил, понимает, я могу этого человека слышать, слушать и доверять ему. Мы с вами как бы доверяем ментально на этом контакте, но действие — это важно. Действие происходит телесно, его не происходит в социальных сетях.

Поэтому те контакты, которые мы там устанавливаем, они как бы успокаивают наш ум, но только ещё больше разгоняют нашу внутреннюю чёрную дыру одиночества. Потому что для того, чтобы её разделить, нам нужно присутствие в живом человеческом контакте. И, знаете, парадоксально: вот в этом механизме от 3 до 6 месяцев находится ключ к преодолению безобъектного одиночества и к наращиванию социальных связей во взрослом возрасте.

Как наращиваются связи во взрослой жизни45:56

Во взрослом возрасте, если вы хотите расширять свои связи... сначала связи прирастают сами в нашей жизни: детский сад, школа, институт. Мы там с людьми многократно проходим этот круг. У нас есть какая-то потребность, у нас есть контакт, мы вместе сдаём экзамены, у нас происходят совместные действия — пишем шпаргалки, бегаем на перемене, ходим в столовку, получаем удовлетворение вместе много раз. И это скрепляет нас. Это люди, которым мы доверяем, потому что они нас понимают, они были с нами, мы пуд соли съели вместе.

Но как только мы взрослеем, эти контакты утрачиваются — это естественно. Почему новые не прирастают? Потому что вот этот полный цикл совместности, полный цикл с кем-то, кто разделяет мои потребности, у нас, как правило, схлопывается до семьи. Вот есть мой муж, с ним мы многократно проходим эту схему, мы друг друга понимаем — и всё. А что другие? А другие нам не нужны. Но это неправда: нужны, потому что мы с мужем разные, у нас потребности разные.

Есть что-то, что он никогда не сможет удовлетворить. Мне нужны тут другие люди, а я им не доверяю, они меня не понимают, это чужие люди. Для того чтобы мы, как взрослые, могли наращивать связи, мы должны обеспечивать себе весь этот цикл. Мы должны встретить человека, который войдёт с нами в контакт, увидит, что нам нужно, подтвердит действием, что он знает, что сделать, что нам нужно, и дальше мы будем ему доверять и сможем встроить его в свою систему общения.

Мастер по маникюру и духовные потребности47:30

Вот сюда хорошо встраиваются хорошие мастера по маникюру, массажу, хорошие парикмахеры, которых мы не хотим менять, потому что я много раз приходила, рассказывала, что мне нужно, она меня понимала, делала то, что мне надо, я начала ей доверять. Я не хочу утрачивать это, потому что она разделяет моё одиночество — есть человек, который понимает, что мне нужно. Я прихожу, говорю: «Вот хочу цвет поярче», а она с полуслова меня понимает.

Конечно, я никогда не пойду к другому парикмахеру, потому что с ним надо пройти это десять раз, удостовериться, а до того как я удостоверюсь, я постоянно в стрессе, и я не хочу так, я хочу контакта. Но это простые вещи, потребности, которые мы удовлетворяем чисто физически, на это проще повлиять. Но есть мои духовные потребности. Я хочу, чтобы кто-то понимал мою любовь к литературе и то, почему я плакала, когда смотрела последнюю экранизацию «Одиссеи», почему я так горько рыдала, хотя весь зал вроде был спокоен. Мне нужно, чтобы кто-то это понял.

Но для этого мне нужно найти такого человека или такое сообщество, с которым я регулярно буду получать контакт на эту тему. Например, если я хочу, чтобы моя потребность в разделении мировоззрения была реализована, мне важно организовать такое комьюнити, такое сообщество или присоединиться к нему, где мы вместе будем удовлетворять потребность в обсуждении мировоззренческих тем, где каждому будет дано время на самовыражение, и затем все будут подтверждать, что мы понимаем, о чём ты, продолжим твою мысль, — и тогда эта потребность будет закрыта.

Не оставляйте себя, ищите настоящее удовлетворение49:32

Мы взрослые, мы сложные, у нас много потребностей, которые могут быть не разделены нашими партнёрами, руководителями, сотрудниками и так далее. И, снова возвращаясь в начало нашего разговора, я хочу вас попросить не оставлять себя вот здесь тоже, как я просила не оставлять себя раньше, когда мы от нуля до трёх наращивали эффективные блоки. Теперь я к этому прибавлю: не оставляйте себя вот здесь тоже, потому что организовать это для себя можете только вы.

Только вы можете понять, какая потребность сейчас приводит вас к безобъектному одиночеству, какая потребность кричит в вас чёрной дырой: «меня никто не понимает, нет таких людей, я одинока абсолютно». Такая потребность заставляет вас затыкать эту чёрную дыру чем попало. Возможно, в детстве вашу потребность удовлетворяла пустышка — да, так было. Что теперь? Теперь вы можете продолжить удовлетворять эту потребность пустышкой: я хочу поговорить о великом, но мне не с кем, и я пойду на шопинг, куплю очередную майку или туфли.

Я рассказываю вам свою историю, я была этим грешна и до сих пор грешна, потому что это гораздо проще, чем выстраивать эту схему, потому что меня тоже когда-то отвлекали пустышкой. В этом нет ничего нового, ничего, что невозможно было бы исправить, но всё-таки осознанно я хочу, чтобы моя потребность удовлетворялась контактом, потому что именно это, а не новая майка, поможет мне справиться с безобъектным одиночеством.

Итог: фаза контакта и её значение51:36

Я не хочу в нём оказываться. Я хочу управлять своей жизнью. Поэтому мы с вами сегодня здесь и говорили о возрасте от 3 до 6 месяцев, когда формируется доверие к зеркалу, когда формируется ощущение «я не одинок, меня кто-то понимает». И если в вашей сегодняшней жизни это ощущение присутствует, то внимание обратить вам нужно именно на эту схему. А если рядом с вами человек, который вас не слышит, которому вам очень хочется донести свою позицию, а он не слушает вас, то вам тоже нужно обратить внимание на эту схему.

Потому что общаться с кем угодно — с ребёнком, с учителем вашего ребёнка, с мужем — можно только в фазе контакта. А для этого эту фазу нужно создать. Для этого нужно сначала пройти этот блок, десять раз удовлетворить потребность, расширить фазу, вообще обнаружить, что человек уже в контакте, что дискомфорт ему переносим. С ним можно поговорить, поняв его потребность, можно подкрепить её...

Десять раз — и доверие сформировано52:38

Действием, и так десять раз. И тогда на одиннадцатый уже можно будет ничего не подкреплять, а скорее всего просто увидев вас, человек уже будет с вами в контакте, потому что он будет знать: а вот это меня понимало. Десять раз она меня слышала, подтверждала это действием. Я могу ей доверять, я могу быть с ней в контакте.

Я могу, даже если я сам в ужасном состоянии, выделить сейчас место в своей психике, чтобы посмотреть на неё и послушать её.

Доверие миру и доверие зеркалу53:11

Возраст 3–6 месяцев критически важен для нашей взрослой жизни, для больших экзистенциальных тем. Чувствуете, как мы прямо идём по теме доверия миру. А после доверия миру наступает доверие зеркалу. И это разные вещи. Доверие миру — это я верю, что всё будет хорошо. Доверие зеркалу — это я верю, что есть те, кто меня поймёт.

И когда мне плохо, даже если я провалился вот сюда, я всё равно черпаю доверие к миру, что мир вообще хороший, потому что в нём есть люди, которые меня поймут. И это следующая ступень — выход из кризиса. Я провалился сюда, тут мне очень плохо. Мир либо поддерживает меня, либо кажется плохим. Но если здесь были люди, которые мне доверяют, то я могу сделать шаг наверх, потому что начинаю искать людей, которые помогут мне поверить, что мир хороший.

Искать людей живых, которые как-то пахнут, как-то разговаривают, от которых исходит тепло. Искать людей, а не способ утолить своё напряжение шмотками, алкоголем, сигаретами, опасным поведением, высочайшим уровнем нагрузки и перенапряжения. Это всё закладывается в возрасте 3–6 месяцев. Такая история.

Почему эта тема так важна54:12

На сегодня мы остановимся, а дальше будем говорить о фазе 6–9 месяцев. Мы плавно в неё перейдём, ещё раз обязательно повторим то, что говорили сегодня. Но для меня сегодняшняя тема действительно кажется очень важной. Она непростая, очень эмоциональная, потому что это очень страшно — чувствовать, что тебя никто не понимает. Это было страшно в детстве, это очень страшно и сейчас.

Мне очень хочется, чтобы мы, как взрослые, смотрели сюда осознанно, потому что это одно из самых больших мест, которое нас фрустрирует, погружает в дикую тревогу — вот это ощущение, что я одна и меня никто не понимает. И если уж мы говорим о том, чтобы помогать нашим детям, мы должны сначала для себя урегулировать эту зону. Мы должны уметь выходить на контакт, когда нам плохо. Мы должны искать кого-то, кто окажет нам поддержку, создаст для нас безопасное, спокойное пространство.

И каким бы ни было наше детство, там точно были промахи. Поэтому пользоваться этим блоком каждому из нас придётся осознанно.

Задание: заметить свои привычные контакты55:49

Давайте этим и займёмся — понаблюдаем за привычными контактами или неконтактами. То есть когда вам плохо, к чему вы обращаетесь, что прежде всего вас успокаивает. Если вы увидите, что это не человек, а фантом, созданный риском, адреналиновыми качелями, булочкой, сигаретами или чем-то ещё, попробуйте шагнуть чуть дальше и расширить круг своего поиска.

Всё-таки живыми людьми, всё-таки кем-то, кто сможет регулировать вашу нервную систему не только словами онлайн, но и жизнью. Потому что то, что из нашей жизни пропали живые встречи, совместные поездки — для детей куда-то в лагерь, для родителей какие-то живые концерты, встречи, совместное посещение театров, мероприятий, — всё, что с этим связано, разрушительным образом сказывается на нашей психике.

Мы пытаемся лечить это быстрыми пластырями: вот эта тревога от одиночества — сейчас мы сделаем EMDR, перепроживём ту ситуацию, где тебе было одиноко, мозг это интегрирует и отпустит. Да, одна сессия точно это смягчит, но в вашей жизни были тысячи ситуаций, когда вам было одиноко, и эти ситуации будут повторяться. Вам нужно знать, как справляться с ними — знаете, такими дедовскими, очень простыми способами.

Метафора: механика против электроники57:26

Тут мне на ум приходит метафора с автомобилями, автомобильной механикой. Починить механику гораздо проще, чем современный электромобиль, полностью построенный на электронике. Электроника хороша, комфортна, много чего позволяет, но механику можно починить хоть где, находясь в любом месте этого мира. А чтобы починить суперсовременный электрокар, вам нужен узкоспециализированный сервисный центр.

Так вот, моя задача — чтобы вы знали механику, чтобы вы могли подлататься где угодно. Я не исключаю комфорт специализированных сервисных центров, мне кажется прекрасным, что есть разные направления. Мне кажется плохим то, что вместе с их развитием приходит невежество.

Если мы не знаем механику, нам сложно правильно выбрать для себя специализированный сервисный центр. Потому что, опять же, даже выбирая метод психотерапевтической помощи, нужно опираться на то, что вам сначала надо успокоиться, найти спокойное пространство. И только когда вы ресурсированы, можно менять, например, кабинетную работу на что-то более динамичное — на группу, на современные технологии, на EMDR, на что-то ещё.

Всё это очень тесно связано, и мне хочется, чтобы вы в этом очень хорошо ориентировались. Для меня это и есть осознанность.

Прощание59:33

Вот так. Я прощаюсь с вами до следующей встречи. Это была длинная лекция. Очень надеюсь, что она уляжется более ровным кирпичиком в схему наших аффективных блоков, которые мы с вами складываем.