Вы неправильно понимаете агрессию. Вот зачем она нужна психике

Полная расшифровка

Текст — литературная редактура автоматической расшифровки: пунктуация и абзацы восстановлены, содержание и формулировки автора сохранены.

Воссоединение с матерью0:00

Сегодня поговорим о том, о чём мы закончили в прошлый раз: ребёнок пришёл в фазу воссоединения. Один из слоёв этого воссоединения — то, что ребёнок вернулся к матери. И второй слой воссоединения — ребёнок вдруг увидел, что мать это не два разных объекта, один хороший, другой плохой, а субъект со своим внутренним миром, переживаниями, чувствами и эмоциями.

Увидел это ребёнок не просто так, а на фоне своих собственных, точнее агрессивных действий. Он кричал на маму, злился, обижался, отталкивал её, а мама при этом всё равно оставалась рядом. Она не распадалась, не исчезала никуда, продолжала быть с ним, продолжала любить его и последовательно демонстрировать это своим поведением.

Именно это и помогло ребёнку сформировать единство материнской фигуры: мама, как бы она себя ни вела, она одна. И если я злюсь на неё, то я злюсь на всю неё целиком, в том числе на ту её прекрасную часть, которая доставляет мне столько удовольствия, которая меня любит и которая для меня такая родная.

Агрессия как часть взросления1:35

Сегодня мы продолжим с темой агрессии. Поговорим о том, что же это такое — та самая агрессия, которую проявлял ребёнок, откуда она берётся, как её замечать и что с ней делать. Основная задача матери на протяжении первых трёх-четырёх лет жизни ребёнка — выдерживать его агрессию, до момента, пока в психике ребёнка не наступит постоянство объекта.

А что значит выдерживать? Это значит оставаться рядом с ним устойчивой, дееспособной, договороспособной, видеть, что напротив вас маленький растущий организм, все реакции и поведение которого — особенно агрессивное, яркое, демонстративное — являются частью его взросления, а не частью манипулятивной системы, системы влияния и так далее.

До трёх-четырёх лет это абсолютно так: все его проявления очень естественны, и они проходят, исчезают не в процессе воспитания, не оттого, что вы достаточно хорошо научили его, как с этим поступать, а просто как часть пути взросления. Они становятся больше не нужны, потому что им на смену приходят более сложные, комплексные реакции.

От реакции к ответу2:40

Такая смысловая конструкция, как реакция, перерастает в другую конструкцию — ответ. Реакция — это что-то автоматическое, что случается со мной просто потому, что уровень внутреннего напряжения достиг максимума: я как вулкан извергаюсь. Но когда между стимулом и реакцией появляется пространство, внутри этого пространства может сформироваться что-то другое, кроме моей инстинктивной реакции.

И, как правило, там формируется ответ — ответ, соответствующий ситуации, соответствующий реальной картине того, что сейчас с ребёнком, да и с любым взрослым человеком, происходит.

Теории агрессии и модель человека3:41

Агрессия — это феномен, о котором разные психологические школы спорят уже, наверное, столетия, пытаясь найти обоснование, что такое агрессия, откуда она проистекает, является ли она внутренним содержимым или чем-то привнесённым извне, научением и так далее. Есть целая куча разных теорий. Сегодня мы не будем пытаться найти между ними истину, потому что в этом нет никакой необходимости.

Чтобы убедить вас в этом, я предложу вернуться к схеме, которую мы рисовали в самом начале нашей программы, где я рассказывала о модели устройства человека, на которую я опираюсь, которую исследую и предлагаю принять за основу. Человек — это триадная система: у него есть дух, душа и тело. Это три абсолютно отдельных объекта, которые должны быть чем-то связаны, и связующее звено здесь — наша психика.

Три оси проявления агрессии5:17

Когда мы говорим про разные теории и конструкции, которые выдвигали мастера, нужно понимать, что то, чем будет являться агрессия для той или иной школы, очень сильно зависит от того, что именно они исследуют. Например, бихевиористы исследуют поведение, и тогда их разговор про агрессию будет связан с тем, какое поведение я выдаю, откуда оно берётся, поведение, которое мы потом дифференцируем как агрессию.

В моей картине происхождения и устройства человека все эти позиции, все эти психологические школы укладываются по трём осям. Когда взаимодействуют дух и душа, сюда отлично ложится теория Фрейда, которая говорит, что агрессия — это внутренняя энергия, внутренняя жизненная энергия. Позже сам Фрейд разделит её, с развитием своей теории, на энергию либидо и энергию мортидо, но так или иначе это энергия. Потому что душа — это частичка Бога, а дух — это то окружение, в котором мы живём, начиная от родителей и заканчивая страной, землёй, вселенной.

Если мы говорим о линии дух и тело — вообще везде, где тело находится в связке, эта связка более понятная, её проще объяснять, потому что тело — это то, что мы можем потрогать, в чём мы живём, наш домик. Здесь исследователи рассматривают агрессию так: та среда, в которую родился человек, задаёт определённые стандарты поведения, реагирования, уровня агрессии — её проявленности наружу или помещения внутрь, табуированности.

Сюда укладываются теории, например, Бандуры о наученности. Как ребёнок наблюдал в своей семье, в окружении или в школе, как люди добиваются своего. Если люди добиваются своего криком, то выражение агрессии наружу становится для ребёнка наученным способом поведения — это проистекает из отношений между моим телом, которому что-то нужно, и моим окружением, то есть духом, которое учит меня, как этого добиться. Также сюда хорошо ложится теория Мелани Кляйн и Винникотта, о них мы поговорим позже.

И есть ещё связка между душой и телом. Душа как частичка Бога, как то божественное, что реализовано в нас и получило физическое воплощение, приходит для того, чтобы получать разнообразный опыт, чтобы учиться, чтобы получать в своей жизни то, что позволит реализовывать её главную задачу. А тело тоже любит получать. В эту линию между душой и телом смотрели бихевиористы, и тогда мы говорим о термине, введённом в их терминологии — фрустрационная агрессия, то есть агрессия, которая возникает в ответ на то, что я не получаю что-то, что мне необходимо, чего я хочу.

Таким образом, разные исследователи всего лишь наблюдали разные взаимосвязи внутри психической системы в зависимости от того, какие части человека они брали как точки и что смотрели между ними. У нас есть в отношениях между духом и душой агрессия как инстинкт, как энергия. Между духом и телом — агрессия как наученность, как принадлежность к определённой среде, в которую мы родились. И между душой и телом — фрустрационная агрессия.

Все теории агрессии по-своему правы12:33

Вот так я объясняю себе, почему очень много психологических школ и исследователей по-разному описывают такое явление, как агрессия. При этом каждая из этих школ по праву называется научной, имеет фундаментальные основания, имеет прекрасные результаты по взаимодействию с агрессией, по её распознаванию, по сопровождению людей в проживании и урегулировании агрессии.

Мы не можем выбросить из своего обихода ни одну из них, потому что все правы одновременно — они просто смотрели в разное пространство между двумя разными точками.

План сегодняшней лекции13:05

Сегодня у нас будет такой немножко дикий фьюжн, потому что то, о чём я буду рассказывать, я буду немножко разделять по школам. Мы посмотрим на бихевиористский подход, потому что он наиболее проявленный, видимый, прикладной. Обязательно посмотрим на инстинктивный подход, на связь между духом и душой, потому что это самое сложное место, на мой взгляд, по реализации и распознаванию агрессии.

В финале я обязательно уделю чуть-чуть времени пространству между духом и телом — той наученности, тому, что среда создаёт определённое. По этому поводу у меня есть личное, на мой взгляд, показательное наблюдение, я им поделюсь — оно связано с эмиграцией, с моей большой работой с эмигрантами последние пять лет.

В общем, план примерно такой: начнём с более проявленного, более видимого, а потом будем двигаться к вещам, которые сложнее объяснить, сложнее переложить на описательный, объяснительный язык, сложнее в педагогическом преподнесении этой информации. Но если у меня получится, вы почувствуете, что это так и есть — это, наверное, моя цель. Скорее какой-то ваш чувственный опыт, особенно во второй части нашей встречи, чем конструкции, которые вы сможете воспроизвести.

А по поводу конструкций, которые вы сможете пересказать и которые будут более простыми для понимания — это, конечно, первая часть про поведение, про поведенческие стратегии.

Задача матери — выдерживать агрессию14:39

Итак, ребёнок осознал, что мать — это одна женщина, одна и та же, не две, к сожалению. Не получится разбивать отношения с матерью и при этом не чувствовать себя плохо, потому что, оказывается, разбивая с ней отношения, отправляя в её сторону гневный заряд, я делаю плохо ещё и моей прекрасной принцессе. Не только ведьма получает мои крики и удары маленькими кулачками.

И теперь с этим человеком, которого я осознал, наделил внутренним миром, распознал, что этот внутренний мир внутри него существует, мне нужно строить отношения. Появилось межличностное пространство, появилась связь между нами, появился третий компонент. Раньше были я и другой, а теперь есть я, другой и связь между нами — связь, которая должна взболтать и не смешивать два наших внутренних мира, позволить им существовать параллельно и не разрушаться. В этом основная задача, и она, конечно, очень непростая.

Для того чтобы ребёнок мог достичь фазы объектного постоянства, фазы воссоединения, очень важно, чтобы мама выдерживала агрессию ребёнка. Это значит, чтобы мама сама не расщеплялась на два объекта, чтобы, когда ребёнок рядом со мной злится, я не превращалась сразу в ведьму, не переворачивалась и меня не несло. Конечно, бывают ситуации, когда в ответ на агрессию ребёнка мама срывается, потому что устала и так далее, но мы говорим о подавляющем большинстве ситуаций.

Потому что, как вы сейчас увидите, агрессия — это далеко не всегда крик, кулаки, обзывание и так далее, она принимает разные формы. Мы говорим о том, что в основном у мамы получалось оставаться целостной, одновременно демонстрировать: я расстроена, я обижена или я злюсь на тебя, потому что ты так себя ведёшь, но в то же время я тебя люблю, потому что ты мой ребёнок, а я твоя мама.

И эта ситуация возникающих между нами разногласий не разрывает нашу связь. Если это получалось, ребёнок смог внутри своей психики соединить прекрасную принцессу и ведьму и получить из них одну реалистичную, настоящую, достаточно хорошую мать, которая ему на самом деле и необходима. Никакая другая, абсолютно волшебная, ему точно не нужна.

Скрытые формы агрессии17:48

Проблема заключается в том, что агрессия не всегда приобретает такие демонстративные, прямые формы, которые мы привыкли в обыденной жизни ей приписывать. И это значит, что мать не всегда может распознать, что в этот момент ребёнок проявляет агрессию.

Фрустрационная агрессия и несовпадение мировоззрений18:10

Давайте будем говорить о том, что первый слой, который мы рассмотрим, — это агрессия, возникающая между душой и телом, фрустрационная, поведенческая агрессия. По наблюдениям бихевиористов, это агрессия, которая возникает в ответ на угрозу, фрустрацию или несовпадение мировоззрений. Угроза — что это такое, понятно.

Фрустрация — это когда мне что-то нужно, я не могу получить желаемое, между мной и желаемым есть какое-то препятствие, и я немножко дезориентирован. Есть ещё досаждающее явление или несовпадение мировоззрений. Например, когда в 6 утра я очень хочу спать, а мой сосед уезжает на работу на мотоцикле, и перед тем как уехать, он свой мотоцикл заводит, выводит из гаража и ставит его под моим окном.

Время 6 утра — это очень досаждающее мне явление. С моим мировоззрением о том, как должны проходить 6 утра в моём мире, это вообще никак не совпадает, и по поводу этого я испытываю очень высокий уровень агрессии. Вот что значит несовпадение мировоззрения: всё, что не совпадает с моей внутренней картиной мира, — особенно если я эту картину мира долго холила и лелеяла внутри себя и никак её с реальностью не сравнивала.

Во взрослом возрасте бывает, что долго не сравниваешь картину мира своей семейной жизни с реальностью, а потом — оп, высокий уровень фрустрационной агрессии, потому что оказывается, у второго человека была совсем другая картина мира относительно того, что происходит в вашей семье.

Цель агрессии: взаимодействие с реальностью20:15

Бихевиористы говорят, что раз агрессия — это ответ на угрозу, фрустрацию или досаждающее явление, то у неё есть определённая цель. Организм очень умён, он вообще не расходует энергию зря. И если уж он зачем-то наделил нас каким-то уровнем агрессии, позволил закипеть этому всему внутри — вспомните, как при повышении температуры человек испытывает слабость. Почему? Потому что организм тратит колоссальное количество усилий, чтобы на градус-полградуса поднять температуру и избавиться от болезнетворных микроорганизмов, которые вдруг где-то появились.

Здесь то же самое. Если психика выдаёт напряжение, то это напряжение выдаётся для того, чтобы устранить досаждающее явление, угрозу или препятствие на пути к желаемому. Психика выделяет силы на взаимодействие с реальностью. Например, в моей ситуации: 6 утра, я сплю, мой сосед выгоняет мотоцикл, заводит его, ставит под моим окном — психика выделяет мне много сил, чтобы, во-первых, плеснул кортизольчик, я проснулась достаточно, чтобы понять, что происходит, что это не камнепад, не землетрясение, не извержение вулкана, а мотоцикл под моим окном — то есть что-то, на что можно повлиять, а не стихийное бедствие.

Во-вторых, чтобы у меня нашлось достаточно моральных и физических сил, чтобы быстро встать, выйти из дома и, пока он не уехал, поговорить с ним о том, чтобы как-то договориться — хотя бы не под моим окном, или хотя бы не в 6 утра, хотя, наверное, нереалистично, что человек каждый день уезжает на работу в другое время. То есть найти какое-то решение. А получится ли у меня потратить эту энергию на взаимодействие с миром, на реальное устранение этой ситуации, на контакт с реальностью — это всегда будет очень сильно зависеть от конкретной ситуации.

И мы сейчас, чтобы понять, от чего это зависит, будем говорить о том, какие подсистемы, какие свойства могут быть присущи агрессии, которая будет побуждать меня взаимодействовать с реальностью.

Классификация: вербальная и невербальная агрессия22:50

Итак, классификация агрессии. Агрессия может быть вербальная и невербальная. Вербальная агрессия — это когда я просто открываю окно и начинаю орать на своего соседа: вы что, сошли с ума, уберите свой мотоцикл, вы перебудили весь дом и всех окружающих. То есть вербальное — это выраженное словами. Пример, который я привела, — это прямая вербальная агрессия, направленная на объект, вызвавший её во мне, и она достаточно точно взаимодействует с тем, что происходит.

Но вербальной агрессией будут являться и шутки, и какие-то агрессивные высказывания по поводу моего соседа, которые я потом буду обсуждать со своим мужем за завтраком: обзывать соседа, вспоминать какой-нибудь анекдот про такого же соседа, отпускать саркастические высказывания в его сторону. Это тоже будет агрессия, и тоже вербальная. Но другой параметр изменился: она уже не прямая, она не направлена на объект, она направлена в пространство моего дома, где я завтракаю со своим мужем, и сосед меня услышать не может.

То есть уже с осечкой — я уже не взаимодействую с реальностью, я, по сути, просто стравливаю то напряжение, которое во мне поднялось в ответ на бесчеловечные действия моего соседа в 6 утра. И сейчас, мне кажется, я буду набирать обороты громкости, потому что это реальная история моей жизни, моего соседства. Вербально очень сложно найти общий язык, потому что мой сосед даже не серб, он венгр, и он не говорит ни по-английски, ни по-сербски — или делает вид. То есть вербально я никак не могу повзаимодействовать с этой реальностью, чтобы получить желаемое.

Что такое невербальная агрессия? Например, в момент, когда он завёл свой мотоцикл, я открываю окно и кидаю в него яйцо, желательно тухлое. Или невербальная агрессия — это если я пойду и проколю ему шины на этом мотоцикле. То есть невербальная агрессия — это физическая агрессия с применением физической силы, каких-то орудий или оружия, или, скажем, гвоздей, которыми я буду протыкать его шины.

Способы сброса напряжения25:26

На примере с моим соседом очень заметно, что я на самом деле буду использовать практически все способы, чтобы слить напряжение, которое вызвали во мне его действия. Я и прикрикну в окно, и потом с мужем буду обсуждать и отпускать анекдоты и шуточки. И мало того, я ещё буду об этом сплетничать — расскажу всем своим знакомым, что за нехороший человек у меня здесь живёт, потому что сплетни — это тоже выражение вербальной агрессии.

Любая психика стремится к тому, чтобы напряжение, которое в ней нагнетается, было сброшено. И одновременно это и плюс, и минус. Плюс в том, что человек начинает искать способы сбросить напряжение. А минус в том, что чем мы старше, тем способов сбросить это напряжение не прямым путём, не взаимодействуя с реальностью, у нас больше.

Проблема в том, что если я сбрасываю напряжение прямым способом — сразу взаимодействуя, контактируя со своим соседом, если это возможно и если он меня услышал, — то у меня очень высокий шанс поменять эту реальность раз и навсегда, или хотя бы сделать шаг к этому изменению. Если же я сбрасываю напряжение другими способами — обсуждаю с мужем, иду сплетничать, придумываю анекдоты, — вот сейчас, рассказывая вам это, я тоже сбрасываю вербальную агрессию в сторону.

Но это никак не влияет на ту реальность, которая завтра утром снова произойдёт под окном моей спальни. А напряжение-то сброшено. Вы же понимаете, что после этой лекции я выйду в немножко истощённом, но достаточно благостном состоянии, и точно у меня не будет сил идти разбираться с соседом, прокалывать ему колёса, писать заявления в какую-нибудь коммунальную полицию, чтобы с ним побеседовали по душам. Мне не будет никакого желания это делать, потому что желание и возможность что-то делать существуют только тогда, когда энергия направлена на устранение досаждающих явлений, угрозы и фрустрации.

Агрессия как инструмент лектора28:31

Таким образом, агрессия может нами использоваться, если мы понимаем её природу — в данном случае вот эту бихевиористскую, поведенческую природу. Мы правда можем использовать её как инструмент. Так удачно совпало, что последние несколько недель мой сосед особенно ярко это делает, и когда я читаю лекцию про агрессию, я использую агрессию, накопленную от этого неразряженного взаимодействия, чтобы сделать пример в лекции наиболее ярким.

То есть этот пример вами не просто слушается — он вами загружается, потому что от меня фонит во все стороны, через все средства коммуникации и передачи информации. От меня абсолютно точно идёт волна этого негодования, потому что такое поведение, особенно в нашем достаточно добрососедском, мирном курортном посёлке за городом, где все люди очень приличные, — в моём внутреннем мире так себя не ведут. И в моём внешнем мире, который я для себя выбрала и создала, тоже так себя не ведут. В основном есть только один досаждающий сосед, который так себя ведёт, и я им очень заряжена.

Сейчас я использую эту агрессию как инструмент, чтобы сделать свою лекцию более доходчивой. Что не отменяет того, что я, как взрослый человек, должна держать в голове: тем не менее это никак не устранит причину моего раздражения. Сосед продолжит делать то, что он делает, потому что я не повзаимодействовала с ним — я увела эту энергию, решила, что она сейчас будет инструментом для другого, увела её в другое русло. Этим можно пользоваться, но осторожно, не забывая, что реальность тоже нуждается в этой энергии и её тоже нужно корректировать.

Прямая и непрямая агрессия30:39

Итак, первая классификация — вербальная и невербальная — с этим всё понятно. Дальше: агрессия может быть прямая и непрямая. Прямая агрессия направлена на объект, который вызывает у меня ощущение опасности, фрустрацию или досаждающее явление, не сходящееся с моим мировоззрением. А непрямая — это когда агрессия смещается с объекта, вызвавшего это напряжение.

При этом это смещение может быть объективным. Например, в моём случае с мотоциклом я этот дом арендую, я не являюсь хозяйкой этой собственности, и поэтому мои полномочия на взаимодействие с соседом, который является собственником земли, не так уж велики. Поэтому, когда я увожу агрессию от него в сторону, я частично делаю это объективно — это решение более правильное, чем конфронтация в лоб, по целому ряду причин: я в этой стране гость и так далее.

Причин много, объективных причин много, но кроме того, непрямая агрессия в какой-то момент может стать выученной, то есть привычной. И это тоже очень важно опасаться и проверять.

Когда непрямая агрессия становится выученной32:11

Смотрите: я говорю «частично объективный», потому что по большому счёту мне не угрожает какой-то ответ этого соседа, даже если он будет не комплиментарный, даже если я не добьюсь того, чего пытаюсь добиться. Это не угрожает моей жизни, моему достоинству, моим финансам и, в общем, моим системам жизнеобеспечения. Да, это может вызвать какие-то неудобства, косые взгляды, но в целом объективно я могла бы повзаимодействовать.

Но, возможно, в моей жизни были ситуации, когда взаимодействие, например, с мужчиной старшего возраста в какой-то критической для него зоне заканчивалось не очень хорошо. Мужчина старшего возраста — это может быть папа. И, возможно, когда-то я научилась не направлять своё напряжение, свою агрессию на папу, потому что он как-то реагировал на это слишком сильно, и я стала заворачивать её в сторону, научилась объяснять себе, почему не стоит взаимодействовать с этим соседом.

Ну вот, знаете: у меня полномочий нет, я этот дом снимаю, это не моя собственность, поэтому как-то неловко, да и на каком основании. То есть я научилась рационализировать. При этом моя агрессия частично объективно уводится в сторону, но частично — потому что есть опыт моей жизни, в котором столкновение с такими мужчинами не заканчивалось для меня победой, ничем хорошим. Иногда это заканчивалось грубостью, каким-то оскорблением и, в общем, собиранием себя по частям.

По-прежнему замечаем — и мы чуть позже к этому перейдём, — что системы безопасности всё-таки должны работать, внутренние системы безопасности должны опознавать, какую агрессию мы выдаём.

Примеры агрессии у детей34:15

Но тем не менее я, знаете, заговорила больше про взрослых, потому что взрослые примеры более показательные, а детские примеры более скрытые. Именно поэтому мать и не замечает агрессию ребёнка.

Вербальная агрессия ребёнка — «ты дура», кричит ребёнок. Невербальная агрессия ребёнка — ребёнок стукает вас кулачком, бросает в вас игрушку. Прямая агрессия — это когда ребёнок другого ребёнка на площадке стукнул лопаткой в лоб.

Непрямая агрессия — это когда ребёнок хотел стукнуть другого, более старшего ребёнка, который его обидел и нужно было дать сдачу, то есть опасность исходила оттуда, но тот ребёнок старше, и тогда маленький ребёнок бьёт более младшего ребёнка.

Количественно адекватная агрессия35:31

Есть непрямая агрессия — у меня она вылезла, но я её канализировала в сторону, потому что канализировать её прямым образом, то есть выдать более старшему ребёнку, было бы опасно. Агрессия бывает здоровая и нездоровая. А здоровая агрессия разделяется на качественно адекватную и количественно адекватную. Разберёмся вот в этих двух.

Количественно адекватное — это про соответствие по количеству. То есть если мой сосед просто пригнал свой мотоцикл под мои окна, а я в ответ пошла и совершила что-то из ряда вон выходящее, например, выпластала все его розы, то это количественно не очень адекватная агрессия. Потому что всё-таки он находился на своём участке, это всего лишь звук, а я могу закрыть окна.

Но сосед мог не знать, что у меня, скажем, ребёнок болеет и наконец-то заснул на эти единственные 15 минут. И тогда количественно по моим внутренним радарам это будет адекватно, но внешне это, конечно, будет выглядеть как перебор. И вот это механизм работы психической травмы: когда кто-то сказал вам одно слово, а у вас на это слово такая реакция, которая снаружи выглядит как «эй, что случилось?», но внутри вы переживаете такой уровень резонанса и боли, для которого эта реакция действительно количественно адекватна.

Собственно, вот это несовпадение визуальной реальности с вашей внутренней картиной реальности — это вопрос терапии, вопрос того, с чем нужно поработать. Итак, здоровое, количественно адекватное — это когда сила действия равна силе противодействия. То есть если сосед под моим окном, логично с ним поговорить, но нелогично сразу прокалывать ему шины или вытаптывать розы — это несоразмерно.

Качественно адекватная агрессия38:07

Здоровое, качественно адекватное подразумевает как раз работу системы безопасности. Качественно адекватная — это значит, что в ответ на мою агрессию я не получу жизнеугрожающего обратного хода. Конечно, всегда очень сложно сказать, что будет являться для каждого человека тем самым жизнеугрожающим явлением.

Возвращаясь к детям: если ваш ребёнок учится в специализированной школе, а там есть учитель, который по-хамски себя ведёт по отношению к вашему ребёнку, то надо бы пойти и хорошенько с этим учителем поговорить — так не делается. Но такое выражение вербальной, прямой, количественно адекватной, здоровой агрессии может быть качественно неадекватным, потому что этот человек может нанести реальный ущерб вашей семейной системе, вашему ребёнку — например, просто выгнать его из школы.

Поэтому качественная адекватность — это проверка системы безопасности: насколько обратный ход может быть для меня опасен, неприемлем. Это характеристика здоровой, качественно адекватной агрессии. Для взрослого человека качественная адекватность — это то, что не угрожает его физическому телу, потому что пока мы живы и здоровы, всё остальное мы можем исправить.

Вербальная агрессия не опасна для взрослого человека: сколько бы на вас ни кричали, сколько бы помоев ни выливали, это объективно не опасно, если вы взрослый, здоровый человек. Но если при этом в вас летят ножи, это уже опасно, потому что это прямая угроза физическому телу. Вот здесь проходит грань.

Нездоровая агрессия и её признаки40:49

Также агрессия бывает вербальная, невербальная, прямая, непрямая, здоровая и нездоровая; здоровая — качественно и количественно адекватная, а нездоровую скорее правильно было бы назвать невротической агрессией. Пример нездоровой агрессии: мой сосед с мотоциклом эмоционально заряжен, и я, женщина, выхожу ему навстречу. Если я кричу ему «ты дурак» из-за закрытой двери, это не совсем прямая, но в целом здоровая агрессия, потому что он ничего не сделает.

Если же он сидит на заведённом мотоцикле, а я на него бегу и ору, обзываясь последними словами, пытаясь морально уничтожить, — это нездоровая агрессия, потому что он может сорваться: нажать на газ или встать и ударить меня, ведь я физически гораздо слабее. Нездоровая агрессия — та, которая не учитывает параметры безопасности, качественно и количественно неадекватная. Количественно неадекватной она может быть объективно, потому что моя внутренняя система, как я приводила пример с травмой, в этом месте слабее, но снаружи это будет выглядеть неадекватно.

Качественно неадекватно — это когда я не понимаю параметров безопасности, не понимаю, что этот человек может меня просто уничтожить, и всё равно иду в атаку, проявляя агрессию.

Направление агрессии: вовне и внутрь42:21

Агрессия может также классифицироваться по направлению — она может быть направлена вовне и направлена внутрь. Возвращаясь к соседу на мотоцикле: агрессия, направленная вовне, вербальная, прямая — это разговор с ним о том, зачем он так делает. При этом важно: агрессия может быть вообще без гнева, я ведь могу с ним просто поговорить, и это тоже будет агрессия.

А агрессия может быть направлена внутрь. То есть пока он там заводит свой мотоцикл и стоит с ним, я злюсь и начинаю отковыривать себе заусенцы, жду, пока он уедет, прямо не могу. Вот агрессия, направленная внутрь, против меня — она ушла туда.

Активная и пассивная агрессия43:54

Кроме этого, агрессия может быть активной и пассивной. Активная агрессия — вербальная, невербальная, прямая, непрямая, направленная наружу или внутрь. А пассивную агрессию мы часто не распознаём ни у себя, ни у детей. Пассивная агрессия — это способ борьбы слабого против сильного.

В неё входят такие явления, как нанесение вреда отказом, задержки, опоздания, саботаж, забывание, а также бездумное подчинение. Помните, мы говорили о том, как ребёнок может стать послушным: «я буду делать всё, как ты говоришь, мне неважно, какие будут последствия» — это тоже пассивная агрессия, только у совсем маленького ребёнка её нет, а у чуть подросшего и у взрослых это тоже выражение пассивной агрессии — агрессия безучастностью, по сути тоже отказом.

Мне кажется, что во время съёмок этого ролика вы как никогда часто можете слышать звук подъезжающего и отъезжающего мотоцикла за моим окном — это магия поля, пространства и присутствия моего соседа с мотоциклом в моей жизни. Мы можем отследить, как моя агрессия изливается вербально. Она не прямая, потому что не направлена на моего соседа, она здоровая, качественно и количественно адекватная, направлена вовне, я не причиняю себе вреда. Она довольно активная, потому что я прямо не молчу об этом, и точно не пассивная — я не устраиваю никакой подковёрной борьбы, а просто делюсь с вами.

Чем выше уровень моей агрессии, тем более классными и проникновенными становятся мои примеры, тем более злыми, саркастическими и острыми будут мои комментарии — прямо отслеживайте это по ходу нашей лекции, мне кажется, пример просто шикарный.

Так вот, вот такой большой классификатор, и каждый эпизод проявления агрессии мы будем прогонять по этим пунктам. То есть если в жизни человека возникает опасное, фрустрирующее или досаждающее явление, как он с ним справляется — какие из этих пунктов, из этих диадных категорий описывают то, что с ним происходит.

Агрессия и гнев — не одно и то же46:34

Важный момент: агрессию обязательно нужно отличать от гнева, потому что гнев — это вспышка, соматическая реакция, включение всех систем организма. Это внутренняя мобилизация, выброс целого коктейля гормонов, перераспределение тока крови. Гнев — это генерализованная реакция всего тела, всего организма.

При этом мы сейчас рассматриваем агрессию очень тонко: есть две точки и пространство между ними — пространство между душой и телом. Гнев — это такая телесная реакция, не аналог агрессии, а заряженность, которая может быть внутри агрессии и придаёт ей гневную окраску. Духовная составляющая придаёт другую окраску — когда дух силён, это когда я точно знаю, что моя проявленность в этом месте, моё взаимодействие с реальностью повлечёт за собой целый ряд структурных, преобразующих мою жизнь явлений, но я согласна с ними справляться, потому что это цена взаимодействия с реальностью.

Помните, мы говорили: если я этим созревшим внутри энергетическим импульсом воздействую на реальность, я эту реальность меняю чаще всего раз и навсегда, раз и надолго. Но если я этот импульс не направляю на взаимодействие с реальностью — например, в случае с соседом, если я всё-таки с ним повзаимодействую, что это может повлечь? Мне придётся переехать, потому что я пойму, что компромисс невозможен, потому что он начнёт утрировать ситуацию, делать мою жизнь ещё более невыносимой. Мне придётся собрать вещи, проститься с этим прекрасным домом, разорвать связи и контакты.

Это повлечёт за собой последствия. Но духовный импульс может дать мне силу справиться с этой фрустрацией, с этим досаждающим явлением ради того, чтобы получить опыт. Душа даёт импульс, чтобы я получила опыт, что я могу влиять на реальность и справляться, — могущество. Мы ещё недалеко ушли, мы ещё помним, как важно могущество, как мы его хотим. Так вот, агрессия — это что-то очень-очень близкое, рядом с этим.

При этом я ведь со своим соседом могу поговорить спокойно — то есть я могу проявлять агрессию, не будучи гневливой, не будучи злой. А ещё я могу быть злой и вообще не проявлять агрессию: просто фонтанировать вербальными выражениями, стряхивать напряжение. Внутри может подниматься температура, расти тремор, наливаться кулаки для ударов, но агрессии при этом не будет — я не пойду это проявлять, а просто проживу как соматическое переживание, и оно никуда не разрядится.

В лучшем случае оно разрядится в какое-нибудь моё махание руками, кидание стула или что-то такое. А у большинства людей, если агрессия не поднялась по какой-то причине (сейчас мы пока не говорим про причины подавленной агрессии, почему она не поднимается), но так или иначе, если агрессия не пришла, то злость можно и не разрядить, а просто запереть внутри. Помните, мы говорили про схему распространения эффекта — запирать внутри не лучший вариант.

Агрессия и агрессивность — разные вещи51:19

Ещё одна очень важная дифференциация — нам нужно отличать агрессию от агрессивности. Агрессия — это ответ, реакция. Агрессивность — это форма поведения, форма, которая когда-то сработала, и теперь я так делаю.

Но за агрессивным поведением — гневливым, проявленным или пассивно-агрессивным — может не стоять агрессии, может не стоять побуждения справиться с какой-то ситуацией. Например, вы работаете в офисе, заходит начальник, утро, все только пришли, и он всем навтыкал с утра — ещё ничего не случилось, ещё почту никто не открыл, ничего не произошло. Просто прицепился ко всем на всякий случай, потому что когда-то, когда он так делал, удавалось предотвратить какое-то катастрофическое развитие событий, все становились более внимательными.

Или в семье было так принято: если папа утром встал и на всех наорал, все ходят на цыпочках, и это хождение на цыпочках было контролирующим папу поведением. То есть я взял привычную реакцию из того, что видел: мой папа, когда на всех наорал, все потом ходят на цыпочках. И во взрослом возрасте это превращается в моё поведение директора, который заходит и на всех орёт, ожидая, что все будут ходить на цыпочках. При этом это были нормальные люди, никто не отказывался работать, все работали хорошо — никакой фрустрации, опасности и несовпадения мировоззрений между нами не было, но на всякий случай, чтобы не расхолаживались.

То есть различаем агрессию, которая является подъёмной силой для начала взаимодействия с реальностью, и агрессивность, которая может вообще никакой силы под собой не иметь, а быть просто безусловным рефлексом: захожу в офис, начинаю орать — авось пригодится.

Потому что агрессия — это волна. Это когда тело и душа отдали мне импульс, соединились на поведенческом уровне, чтобы я могла взаимодействовать с реальностью. Это волна, а не привычка. Привычка может быть, знаете, какая мне…

Привычка вызывать волну энергии54:20

Кажется, может быть привычка вызывать в себе эту волну. То есть может быть привычка рисовать себе это препятствие, потому что только это способно... Вспомните когда-нибудь, как вы ощущали подъём этой энергии. Это же очень приятное, вообще-то, состояние — в этот момент много сил. Это уже другой вопрос, рационально или нерационально вы их тратите, куда они расходуются и так далее.

Но прилив сил колоссальный. И многие люди, находясь в истощении, прибегают к выращиванию в себе этой волны, просто находя снаружи опасные, фрустрирующие меня обстоятельства, чтобы хоть какая-то жизненная сила во мне поднималась. Механизм кривой — сейчас мы дальше поймём, почему.

Как формируются искажения агрессии55:23

У детей до трёхлетнего возраста вот это поднятие волны энергии в ответ на то, что в пространстве что-то не так, мне нужно что-то получить, я фрустрирована и у меня к этому есть препятствие, — это инстинктивная история. После трёх лет, как только у нас появилось межличностное пространство, — скажем, три-четыре года в зависимости от ситуации, — то взаимодействие, которое происходит между мной и родителями, начинает диктовать те искажения, которые в проявлении агрессии будут для меня характерны.

Потому что где-то абсолютно табуирована тема, чтобы можно было говорить маме: «Ты плохая, ты дура», и просто как-то выражать своё недовольство, просто говорить нет. И тогда вербальное выражение отрезается, а энергия остаётся. Есть ещё невербальный путь, но он тоже бывает отрезан, потому что нельзя разрушать что-то, бить, кидаться и так далее.

То есть, как только ребёнок начинает заботиться о межличностном пространстве, мы получаем весь букет искажений, под которые он будет подстраиваться, лишь бы это межличностное пространство сохранить. Потому что по-прежнему отношения с родителем очень важны, отношения со значимым взрослым очень важны. Психическое напряжение при этом у ребёнка: он научился межличностное пространство беречь, он научился приспосабливаться.

Узкое мировоззрение и напряжение56:59

При этом всё ещё продолжается активное познание мира. Всё ещё очень много вещей, которые вызывают у меня страх, так как кажутся мне опасными, фрустрацию, несовпадение с моим мировоззрением, потому что я ещё просто многих вещей не знаю. Моё мировоззрение очень узенькое. Тут вы понимаете, что и во взрослом возрасте чем уже ваш взгляд на жизнь, тем чаще вы будете чувствовать это напряжение, тем чаще агрессивный импульс будет себя проявлять, потому что мир велик, мир огромен.

И в этом смысле работа по расширению мировоззрения — чуть ли не несущая конструкция благополучия психической системы и разрядки напряжения, если оно присуще вам очень часто и очень много. Так вот, ребёнок много сталкивается с взаимодействиями, которые поднимают в нём энергию агрессии. И очень важно — я в этом месте возвращаю вас к нашей схеме распространения, распределения и переработки аффекта.

Русло для энергии: остров и станции58:03

Очень важно, как он научился с этим аффектом себя вести. Есть ли у него эта проложенная схема, это проложенное русло, это внесённое понимание того, что если что-то случилось, мы начинаем с этим взаимодействовать. Помните, в нашей метафоре это был остров, на котором есть генеральный план, который взаимодействует с этой волной, взаимодействует с этой реальностью. Мы построили на нём гидроэлектростанции. Мы волну не просто принимаем как данность, что она всё сносит, мы не просто от неё отгораживаемся — нам такого не надо. Мы используем её, мы взаимодействуем с реальностью.

И здесь, конечно, уже от того, как в момент формирования — какое русло для ребёнка было предпочтительным, какой способ справляться с эмоциями был предпочтительным, — туда и пойдёт наше выражение агрессии, по тому же самому сценарию, по тому же самому пути.

Кой-поведение: разоруживающая застенчивость59:03

И вот тут, когда мы говорим о нарушениях проявления агрессии, очень важно сказать про такой довольно яркий феномен в агрессивном поведении, в его искажениях, который называется кой-поведение, от английского слова «coy» — застенчивость. По-другому это можно описать как разоруживающее поведение — поведение, которое является способом снизить агрессию более сильного слабым. Очень характерное поведение.

Если вспомним, как ведут себя животные, — например, львиный прайд, и две львицы начинают драться, и одна из них заведомо сильнее, видно, что она сейчас победит. И когда второй становится очевидно, что её либо разорвут, либо надо что-то делать, как правило, львица ложится на спину, открывает живот, уже не машет когтями, прижимает лапки, заворачивает хвост вовнутрь. То есть она показывает такое умиротворяющее, беззащитное поведение — она говорит: я сдаюсь.

И в этот момент вторая львица, как правило, уходит. В природе животные не добивают того, кто сдался, в норме. И вот у людей тоже описан подобный вариант поведения. Во взаимодействии двух львиц важно, что кажется, победила та, которая сильная — да, она же даже не сдалась. Но на самом деле с поведенческой точки зрения победила та, которая слабая, потому что это она управляет процессом, это её поведение, этот умиротворяющий жест закончил драку.

И когда описывается это поведение у людей, речь тоже идёт о том, что более слабый своим беззащитным, застенчивым, немножко стесняшным поведением руководит степенью приближения и удаления более сильного. А это такие дети — они опускают головку, такой бегающий взгляд, он не задерживается надолго, не смотрит в глаза, такая очень мягкая полубочка. Они немножко уменьшают, как будто своё тело: заворачиваются плечики, животик так вываливается, ручки всегда закрыты, сжаты.

Норма и искажение: активность vs застревание1:02:11

При нормальной степени проявления агрессии дети очень активны, всё-таки действуют инстинктивно — ещё каких-то блоков нет. Они выражают наружу, выражают вербально, машут руками, при этом выражают напрямую и так далее. Ребёнок с нарушениями, когда в межличностном пространстве было небезопасно, может приобрести поведение, которое является агрессивным, взаимодействующим с реальностью только вот этим искажённым способом.

Что я, как слабая львица, уже всех подчинила. Я стою в уголочке, все воспитательницы детского сада у моих ног, они прибегают ко мне: «Ой, Аринушка, пойдём, пожалуйста, играть». А хочешь такую игрушку? А хочешь такую? Все взрослые пляшут под дудку вот этого маленького застенчивого ребёнка.

Казалось бы, он ведь ничего не делает — посмотрите, у моего ребёнка вообще нет никакого самовыражения, он очень застенчиво сидит в уголочке. И вот нам надо, чтобы он стал активнее... А на самом деле он очень активно демонстрирует, очень активно проявляет своё влияние на пространство, только совершенно другим способом. Потому что эта агрессия никак не выражена наружу, но она есть.

Мы вспоминаем, что агрессия — это всё-таки импульс, как физиологический, так и внутрипсихический. И когда он остаётся внутри, — не зря пассивная агрессия так разрушительна для отношений, потому что это непроявленный импульс. И вот он там как гнойник. И в этом случае, когда мы видим такое поведение, всегда большой вопрос: ребёнок действительно может быть застенчив по своему темпераменту, но это две большие разницы.

Настоящая застенчивость и кой-поведение1:04:19

Застенчивость, в которой мне никто не нужен, я не пытаюсь этим никого к себе приманить. Я застенчив по своей природе, я сижу в уголочке, собираю кубики. Я ни на кого не посылаю короткие взгляды, ни от кого не отворачиваюсь полубоком. Меня вообще не интересует внешний мир, если я по природе застенчив и интровертен.

Но когда я стреляю глазками, аккуратненько присматриваюсь, ножкой ковыряю — мне интересен внешний мир, но только мне надо, чтобы он со мной взаимодействовал на моих условиях. И вот, в здоровом выражении застенчивости ребёнок будет регулировать расстояние между собой и, допустим, кем-то взрослым с намерением: «Ты мне интересен, но ты какой-то очень большой для меня, пока что новый, пока что страшный».

Поэтому я в основном буду заниматься своим миром, своими делами и только иногда буду поворачиваться и смотреть на тебя. Но более постоянный, более, очевидно, беспомощный, демонстративно беспомощный вид ребёнка — это другое. И на самом деле здесь даже важнее не вид ребёнка, важнее ваше внутреннее ощущение, потому что с двумя разными детьми — один из которых по природе застенчив, а другой использует застенчивость как кой-поведение, как выражение агрессии, как способ вас построить — разница в ваших ощущениях колоссальна.

Ребёнок, который застенчив по своей природе, вызывает у вас очень большой трепет и очень большую осторожность и дистанцию. Вот он как бабочка: я на него буду смотреть, но я не буду его трогать. И это прямо внутреннее ощущение, оно так и переживается телом. У вас нет желания броситься к нему, развлекать его, выманить его оттуда — нет, это такое очень спокойное нахождение рядом, потому что он всей своей волной демонстрирует, что я присматриваюсь, я думаю, мне нужно время, мне нужно пространство.

Ребёнок с кой-поведением вызывает совершенно другой отклик. Он вызывает необходимость броситься, помочь, растормошить, вовлечь, накормить, с бубнами вокруг него танцевать. Так вот, если ребёнку просто нужно время, чтобы привыкнуть, вы спокойно дождётесь этого времени. Но если вы бросаетесь, попробуйте — если этот импульс броситься к нему слишком силён, попробуйте присмотреться.

Просто попробуйте понаблюдать, что делает этот ребёнок. Кстати, не только ребёнок — что делает этот взрослый. Есть взрослые, которые в компании людей, друзей, абсолютно спокойно сидят, общаются с одним человеком, не общаются ни с кем, пьют кофе. Есть взрослые, которые так демонстративно стоят в уголке, такие никому не нужные: неужели вы не хотите поговорить с такой хорошей девочкой?

Пример принцессы Дианы1:08:02

Здесь, конечно, абсолютно фенотипический образ — это принцесса Диана. Мы много сейчас знаем о её жизни, и при этом, конечно, совершенно недостаточно для того, чтобы делать абсолютно прямые дословные выводы. Но если прочитать её биографию, если представить среду, в которой она жила, то можно заподозрить, что прямое проявление агрессии было табуировано целиком и полностью.

При этом, зная её жизненную историю, уровень внутреннего напряжения, уровень фрустрации, невозможности получить доступ к своим детям, когда она хочет, уровень несовпадения мировоззрений, досаждающих обстоятельств, уровень угрозы, который был вокруг неё колоссальный, — не могло не быть напряжения, не могло не быть агрессии там. И выражалась она вот так: такой взгляд из подлобья, сутулость, приуменьшение себя, немножко отставленная в сторону ножка.

Вся эта очень агрессивная поза, очень агрессивное проявление при полном отсутствии каких бы то ни было вербальных, прямых наружу выражений агрессии, потому что взаимодействовать с той реальностью, которая была вокруг неё, у неё не было возможности. Тем не менее, очень-очень яркий пример.

Кой-поведение как управление реальностью1:09:36

Итак, кой-поведение — это разоруживающее поведение, которое в ярких и постоянных своих проявлениях может стать сродни пассивной агрессии, может стать элементом, с помощью которого человек управляет реальностью, которая происходит вокруг него. Может быть при этом норматипичным. Мы про отклики с вами поговорили. И в данном случае вот эта злость, которую испытывает человек, эта беспомощность, которую он испытывает перед более сильным, — они являются одной частью этой конструкции.

И таким образом слабый начинает блокировать агрессию сильного, находясь в невозможности контакт с реальностью поддерживать и обеспечивать. Итак, кой-поведение ярко показывает, что агрессивный ребёнок — это не тот, кто кидается стульями и ярко выражает аффект наружу.

Агрессивный ребёнок — это тот, кто застрял в проявлении какого-то агрессивного своего импульса, не будучи в силах с ним взаимодействовать, в силу разных обстоятельств, которые происходили в его семье. Он не смог, не научился, был подавлен в том, чтобы разряжать свой внутренний аффект, внутреннюю агрессию. Аффект, который не может быть разряжен наружу посредством взаимодействия с реальностью, застревает внутри, продолжает доставлять ребёнку, человеку дискомфорт.

Куда девается неразряженный аффект1:11:10

Дискомфорт не может длиться бесконечно. Какой-то уровень дискомфорта любого из нас, в зависимости от возраста, статуса и психологической зрелости, это разный уровень. Но этот уровень дискомфорта любого из нас снова провалит на предыдущую стадию развития сепарации-индивидуации, когда у меня разрывается объект. Всё, он больше снова — теперь мама снова не одна, а сначала их снова две: ты плохая, мне плохо, ты плохая.

А потом, если аффект продолжается ещё дольше, то просто весь мир плохой. То есть невозможность выразить агрессию, невозможность разрядить этот аффект при помощи взаимодействия с реальностью приводит к тому, что в психике начинает разрушаться зона отношений, которую мы только что достигли. Вот эта связь между нами, когда отделился другой, когда у него появился свой собственный мир. И эта тонкая связь начинает рваться, если аффект не может выражаться стандартными образами, о которых мы с вами здесь говорили.

И вот здесь, когда мы говорим об аффекте как об импульсе, как об энергии, переходим к следующему методологическому описанию. Смотрите, первое было у нас поведенческое...

Агрессия как внутренняя энергия по Фрейду1:12:29

Сейчас мы стали говорить уже о самом поведении, о каком-то внутреннем импульсе, который человек выражает. И мы переходим к уровню, который описывал Фрейд, который описывала Анна Фрейд вслед за ним, которая описывала Мелани Кляйн. Мы будем говорить о том, что агрессия — это внутренняя энергия, это инстинктивное что-то, что нагнетается и появляется внутри человека не в ответ на какой-то внешний раздражитель, не в ответ на опасность, фрустрацию и досаждающие явления, а которое просто всегда, ежедневно, ежеминутно, с каждым дыханием вырабатывается в организме любого человека.

Напомню, что это у нас был уровень связки между душой и духом — самое энергетическое состояние, бестелесное, самое сложное к объяснению, но парадоксально объясняющее очень многое, если отнестись к этому как к взгляду на другой слой реальности, на что-то, что мы, возможно, сейчас не можем так же хорошо объяснить, как тело с его метаболизмом, с его энергетическими настройками. Но тем не менее мне кажется, что говорить об этом точно стоит.

Какое бы прекрасное детство вы своему ребёнку ни обеспечивали, внутри всё равно копится недовольство и психическое напряжение, потому что оно инстинктивно, потому что оно естественно так же, как дышать, как продукт нашей жизнедеятельности. Мы производим углекислый газ, когда дышим, и точно так же мы производим внутреннюю агрессию, когда просто живём, дышим, двигаемся и так далее. Если всех поместить в абсолютно идеальные условия, где нет никакой фрустрации, никакой опасности, никаких раздражающих факторов, люди всё равно будут злиться. Это парадоксально, я к этому обязательно ещё вернусь и поговорю об этом как об одном из примеров проявления именно инстинктивной агрессии.

Либидо и мортидо: пропорция энергии1:14:33

Самый главный момент, от которого начал отталкиваться Фрейд, — он сказал, что внутри есть энергия. Потом он разделит её на либидо и мортидо, но сначала скажет: «Есть жизненная энергия». И вот эта линия повествования, от общего потом к частному, действительно очень похожа на правду. Сейчас я попытаюсь описывать вам примерами, потому что без примеров это очень сложно уловить.

Энергия жизни у нас одна, и она делится на энергию жизни и энергию разрушения — либидо и мортидо. В какой пропорции она разделится — это большой вопрос. В большей степени она может уйти в энергию либидо, в энергию созидания, улучшения, роста, либо в энергию мортидо — энергию разрушения, агрессии, войны. Это решают обстоятельства.

Помните эту связь между духом и душой — это энергетическая связь. Место, события, люди вокруг нас, страна, в которой мы родились, вселенная, земля, на которой мы родились, — всё это задаёт пропорцию, в которой энергия будет разделена на мортидо и либидо. К трём месяцам жизни ребёнка обычно определяется, в какой пропорции эта энергия будет разделяться: сколько пойдёт на агрессивные выплески, а сколько — на наслаждение, на созидание, на любовь и так далее.

Культурные различия: Сербия, Франция, Россия1:16:37

Аналитики скажут, и мне кажется, что так оно и есть, что это очень сильно зависит от того, в какой среде родился ребёнок: в какой семье, в какой стране, в какой культуре. В культурах, где уровень агрессии сам по себе ниже — либо он ниже, либо как-то выражается культурно приемлемым образом. Например, нельзя сказать, что уровень агрессии в Сербии ниже, чем в России, но сербы выражают его очень ярко.

Они очень контактные, взаимодействующие. У них очень много совместных мероприятий, направленных на выплеск именно импульсов агрессии. Они собираются огромными компаниями, практически не проводят время в одиночестве, живут огромными семьями. Это постоянное взаимодействие, постоянное расходование энергии агрессии, потому что, когда с тобой рядом кто-то находится, ты в любом случае соприкасаешься, конфликтуешь и так далее — энергию агрессии расходуешь.

Соответственно, на агрессию не так много распределяется из нашей общей энергии — в основном она распределяется на наслаждение. Агрессия расходится спокойно, а наслаждение получает основную подпитку, основной жизненный потенциал. А если вы посмотрите на Францию — я в прошлый раз рекомендовала вам книгу «Французские дети не плюются едой» — когда её читаешь, там прямо видно, насколько мало в этой культуре энергии агрессии, противостояния, и насколько много принятия, наслаждения, спокойствия.

Мы все видим, как французы наслаждаются жизнью, едой, как они никуда не спешат. Это очень сильно отличается от американской культуры, описанной в книге, и от российской реальности, которую мы все проживаем. Очень сильно отличается и уровень агрессии, и уровень наслаждения жизнью. И тут мы видим, что это сообщающиеся сосуды — они взаимосвязаны.

Инстинктивная агрессия у младенцев1:18:41

Инстинктивная агрессия проявляется в детях с рождения. Мы ещё будем подробнее говорить про неё на следующей лекции, когда будем обсуждать чувство вины, объектное постоянство, обиду — это будет продолжение. Сейчас мы только вкатываемся в понятийный аппарат. Но так или иначе младенец с детства начинает быть агрессивным.

Про это расскажут неонатологи, люди, занимающиеся грудным вскармливанием и настраиванием этого процесса. Они будут описывать, как младенцы жадно впиваются в грудь: вот она у них уже есть, полная, но надо просто — вот он кряхтит, кусается, шумит, хватает руками. Что это, если не агрессия? Откуда она взялась? Никакой фрустрации нет — вот она мама, вот грудь, вот всё в порядке.

Клейнианская теория будет завязана на том, что младенец строит отношения из своих внутренних состояний. Это внутреннее состояние агрессии уже есть тогда. Ребёнок, который ползёт к игрушке, которого бесит, что он не может до неё доползти, но всё-таки, кряхтя, поплакивая, всё равно ползёт, передвигается, делает эти усилия и с радостью её хватает. Потому что внутренняя энергия агрессии дана на взаимодействие с пространством в целом, дана для самообслуживания, дана для того, чтобы я начал предпринимать действия.

В этом смысле, когда ребёнок неудовлетворённо кряхтит, ползёт куда-то, ему что-то нужно, — дайте ему испытать это. Дайте ему привыкнуть к тому, что когда это чешется внутри, когда поднимается эта волна, нужно начинать взаимодействовать с пространством, начинать двигаться, ползти. Не нужно сидеть и ждать, пока бабушка подаст тебе игрушку со словами: «Тише, мой маленький, не надо расстраиваться». Надо, чтобы он расстраивался, надо, чтобы он уставал, надо, чтобы он кряхтел, надо, чтобы он стравливал энергию агрессии в то русло, которое затем станет для нас самым желанным: я понимаю, что со мной происходит, и я самообслуживаюсь, я делаю что-то, чтобы получить желаемое. Психическое напряжение любое дано для изменения реальности, для могущества.

Эмиграция и накопленная агрессия1:21:19

Наша с вами задача сегодня была увидеть, что инстинктивная агрессия тоже существует, что агрессия — это не только что-то, что возникает в ответ на внешний стимул, хотя об этом была большая часть нашего разговора. Есть ещё что-то внутри меня, что не знаю откуда берётся, оно просто есть. Оно заставляет меня беспокоиться, оно заставляет меня искать какие-то варианты. Каждый день оно появляется снова и снова. Даже если сегодня сосед не приехал на мотоцикле, я всё равно в какой-то момент почувствую, что есть что-то, что нужно разрядить сегодня, — к вечеру всё равно накалённое.

Один из больших процессов, который я наблюдаю сейчас в эмиграции уже 5 лет, связан с тем, что эмигранты первой волны уехали из России от очень большого количества фрустрирующей агрессии. Было очень много ограничений, непонятно было, как с ними справляться, было ощущение опасности, несовпадение мировоззрений, много досаждающих явлений. Уехав, люди приехали в Сербию и здесь тоже столкнулись с большим количеством факторов небезопасности, фрустрации, досаждающих явлений. Их энергия агрессии работала на устранение всех этих факторов.

Через какое-то время, мне кажется, это примерно 2 года, эти факторы сошли на нет: то, что ограничивало людей в России, осталось в России, то, что ограничивало их в Сербии, было преодолено, эти факторы исчезли. И казалось бы, должна настать очень хорошая, добрая, добрососедская, размеренная жизнь. Но вот сейчас началась новая волна иммиграции, и приезжает очень много людей, которые раньше не жили в Сербии.

Русские vs сербы: агрессия и наслаждение1:23:27

То, что я наблюдаю — это только мои личные наблюдения, это точно не исследование, оно точно не на больших цифрах. Но моё наблюдение сводится к тому, что русское сообщество мигрантов в Сербии почему-то не стало добрым. Почему-то, когда сейчас приезжают русские, они задают вопросы, а вместо поддержки, наставления, сопровождения в процессе адаптации получают огромное количество хейта, негатива, агрессии, неразмещённой никуда. Они как будто становятся громоотводом, на который извергается вся внутренняя инстинктивная агрессия, накопившаяся в русских.

И вот здесь очень видно, что в нашей культуре наши сообщающиеся сосуды переполнены скорее в сторону агрессии, конкуренции, сопротивления. Такова историческая реальность, в которой жили мы, наши предки и так далее. С этим ничего невозможно поделать: русские действительно высокоагрессивная нация, как бы это сейчас ни звучало, а наслаждение нам присуще в меньшей степени.

В то же время у сербов такого перекоса нет. Я тоже не могу сказать, что сербы низкоагрессивная нация, но всё-таки уровень наслаждения у них точно превалирует над уровнем агрессии, потому что агрессия у них очень легко распределяется. Я уже рассказывала: они громкие, они всё распределяют наружу, чаще всего прямо — уровни сброса этого напряжения у них очень хорошо отработаны.

А когда у россиян заканчивается зона воздействия — бытовая, зона сброса фрустрирующей агрессии — внутреннюю агрессию становится размещать негде, и она копится. Копится она потому, что мы не привыкли тратить эту энергию, которая всего лишь энергия, на наслаждение, на обеспечение нашей жизни обстоятельствами, в которых мы сможем радоваться жизни. Мы привыкли копить эту энергию на сопротивление, которое, может быть, придётся осуществлять. И вот приезжают новые эмигранты, им нужна поддержка, они как дети, очень много спрашивают, они почемучки — и вся накопленная на случай решения фрустрирующих задач агрессия канализируется и сливается на них.

Здоровое использование агрессии1:26:33

Мне бы хотелось, чтобы мы стали чётче видеть эти моменты, чтобы мы поняли: когда человек здоровым образом использует свою агрессию, мы её не видим, не чувствуем, не дифференцируем. Потому что агрессия — это не гнев, агрессия — это не агрессивность, агрессия — это не злость. Агрессия — это внутренняя сила, которая позволяет мне встать с кресла и пойти самообслуживаться, пойти делать свою жизнь лучше, направить процессы моей жизни в ту сторону, которая для меня выгодна, интересна, важна. Вот это агрессия.

Если вдруг вы сейчас можете выписать все критерии фрустрационной агрессии, которые мы обсуждали, и проверить себя по этим критериям — если вы видите что-то заваливающееся вовнутрь непрямым, пассивно-агрессивным образом, это зона, с которой важно работать. Это значит, что ваша агрессия не находит контакт с реальностью, что изменения в вашей жизни задерживаются, запаздывают, хотя могли бы прийти раньше, если бы вы начали двигаться вперёд, позволяя своей энергии стать энергией изменений, энергией порядка. Порядка не в смысле чистоты, а порядка в смысле установления порядка в моей жизни — в отдельно взятом доме, квартире, семье и так далее.

Давайте по итогам этой встречи попробуем поднять и проявить агрессию здоровым образом, так чтобы изменения в жизни происходили как будто незаметно, как по волшебству — раз, и за ночь всё произошло. «Как ты это сделала? Никто не заметил». Конечно, не заметил, потому что я же не кричала на людей, не толкала их, не манипулировала ими, потому что агрессия — это не вот это всё. Агрессия — это очень мощная, красивая, большая энергия. Наша задача — научиться самим и научить наших детей направлять её в конструктивное русло. Тогда многое может измениться.

Наверное, на сегодня мы будем заканчивать. В следующий раз мы точно вернёмся к некоторым понятиям, потому что будем продолжать развивать эту тему, развивать мысли о том, что происходит в межличностном пространстве. Анализируйте себя, присылайте свои вопросы. Мы с вами увидимся через неделю.